Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление




НазваниеЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление
страница14/23
Дата публикации13.05.2013
Размер2.12 Mb.
ТипДокументы
skachate.ru > Литература > Документы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   23
^

лекция 13. За что бороться?



У Национал-Большевистской Партии были два документа, считавшиеся основами ее идеологии. Это «Программа НБП», опубликованная некоторое количество раз в газете «Лимонка» и брошюра Дугина «Цели и задачи нашей революции».

Тут я должен признаться, что мне, как председателю Партии, «Программа НБП» всегда виделась уступкой публичной политике, этаким укороченным, упрощенным и вульгаризированным переводом на язык обывателя. Нужный вульгарный документ, по которому партия не жила (ну разве что по нескольким пунктам, в частности, задача изменения границ, и определение «кто есть русский» было абсолютно идентично нашему практическому критерию при отборе членов партии), но который выдвигала на обозрение публики. Публике же наша программа казалась ужасной и чрезмерно экстремистской. В моих же глазах документ выглядел крайне нерадикальным.

Прежде всего, и партия, и я, основываясь на опыте нескольких избирательных кампаний глубоко презирали тотально телеуправляемого избирателя, и, как следствие,— всю систему якобы демократических выборов. Было ясно видно, как, оправившись от испуга 1991—1993 годов, старая номенклатура быстро научилась манипулировать выборами. Поэтому дурным нонсенсом выглядела выборная Палата Парламента (практически это было сохранение Госдумы) в программе НБП. Выбирать мы никого не собирались. Правда, я вставил в программу НБП Палату Представителей из 900 человек, не выбираемую, но назначаемую народом каждого региона — десяток самых достойных людей региона. Так что получалась смесь демократии с государством в стиле Петэна, это в военной Франции была Палата Представителей. Привнесенная Дугиным лепта: мы перенесли в нашу Программу экономическую модель югославского социализма. Когда предприятие является частным, если в нем не более 5 рабочих, кооперативным, когда рабочих до 55; в собственности рабочего коллектива — до 555; и государственным, если рабочих свыше 5555. Если я не ошибаюсь. Вся эта мелкая арифметика так и стоит в нашей программе, и мне за нее стыдно, признаюсь, за эту арифметику.

Что касается брошюры «Цели и задачи нашей революции», то уже после того, как Дугин покинул нас в апреле 1998 года, я внимательно прочел это произведение и схватился за голову. Несмотря на всегда авангардные и самые модные идеологические одежки Александра Гельевича, я обнаружил в брошюре никакое не революционное, а типично старое поповское православное мировоззрение, по прихоти автора завязанное в одно целое с понятием «отчуждения», позаимствованным у экзистенциалиста Сартра. Поповство плюс Сартр! Счастье еще наше, что нигде не было сказано, что это идеология НБП. Практичный Гельевич предлагал брошюру как идеологию вообще оппозиции. Появилось произведение году в 1995 и всегда считалось якобы нашей идеологией. Стиль этой, в высшей степени нелепой и старомодной брошюры заставляет предположить, что Дугин написал ее даже до 1993 года, но, очевидно, он очень торопился застолбить себя как идеолога, потому не имея тогда нового проекта, просто издал старье. В наше оправдание, и моей легкомысленности, и дугинской халтуры, может быть представлен тот факт, что собственно идеологией НБП была вся газета «Лимонка» и в особенности ее рубрика «Легенда». Мы экспроприировали героев равно национальных и красных движений начала века, скрестили успешно Ленина с Гитлером, Савинкова с Че Геварой, Муссолини с Махно и Дзержинским плюс добавили эстетического экстремизма Пазолини, Мисимы, Берроуза, Жене, скрестили Боба Денара с RAFовцами и «Красными бригадами». Короче собрали в одно успешное целое всех героических врагов Системы. Объединив их отвращением и ненавистью к Системе. Именно это было ново, разительно, интересно, а главное — правильно, ибо всех этих героических людей разгромил тупой, животный, тоскливый, скучный и мертвый капитализм. Так что «Лимонка» и, прежде всего, ее рубрика «Легенда» была нашей идеологией. Мы хотели все: и брать Ургу с Унгерном в Монголии, и пережить с Гитлером Пивной путч, и брать с Лениным Петроград, и воевать с Че в Сьерра Маэстре. Только идиот мог упрекнуть нас за это, за то, что нашей идеологией стал героический порыв, протест, бунт, революция! Нам нужна была сама революция! Мы ненавидели Систему. А программа, ну что программа, это бумага… Гитлер не изменял свои 26 пунктов со времени, когда они были сформулированы в самом начале 20-х годов. Однако сплошь и рядом противоречил пунктам своей программы. Муссолини несколько раз менял программу фашистской партии. Так же поступал и Ленин. Программа не важна.

Мы писали, конечно, в «Лимонке» и о том, чего хотим после нашей победы. Конечно, отомстить тем, кто нас обидел в те годы, когда мы не могли отомстить за себя. Конечно, мы хотели построить новое общество, но наш якобы главный идеолог Дугин ограничивался общими праздничными зажигательными словами. Да и я сам стал думать об этом позднее. А вот как конкретно будет: будут ли по-прежнему мерзлые города, какие будут жилища, будет ли семья, какой станет семья будущего,— об этом мы не писали или писали мало. Цель этой книги, собранной из задуманных для членов НБП лекций, именно дать очертания будущего. В тюрьме появилось для этого время. Пока следователи роют мне яму, я вырою яму цивилизации следователей.

За что же бороться? За какое конкретно общество будущего? За какую конкретно программу?

На меня, помню, произвела большое впечатление книга Бориса Савинкова «Воспоминания террориста». Незабываемые образы Поэта «Янека» (Ивана) Каляева, Егора Созонова, и даже мрачного провокатора Евно Азефа. И сам железный человек Савинков, в 23 года от роду посылающий своих друзей боевиков-эсеров на героическую смерть — замечательный персонаж. Свою собственную смерть он нашел четверть века спустя в Лубянской тюрьме. Егор Созонов взорвал самодельным снарядом министра Плеве, за что получил пожизненную каторгу, Янек Каляев — великого князя Сергея Александровича, и был повешен.

Напрашивается вопрос: «А за что боролись конкретно эти сверхлюди?» Самой значительной, известной даже из учебников для средней школы целью партии социалистов-революционеров было требование земельной реформы. Впоследствии большевики вооружились этой — выигрышной — эсеровской идеей (Выигрышной в стране, где большинство населения были крестьяне!) о наделении крестьян землей, и гениально просто формулировали ее: «Землю — крестьянам!» А фабрики предполагалось отдать рабочим. «Фабрики — рабочим!» — декларировали большевики.

То есть эсеры боевой организации разносили в клочья тела министров самодержавия и членов семьи царя, дабы земля досталась крестьянам. (В остальных вопросах у эсеров были между собой разногласия. Были те, которые авангардом борьбы называли интеллигенцию. Немногие из эсеров называли своим союзником пролетариат.) Что до большевиков, то они держались своей двойной формулы: «Фабрики — рабочим! Земля — крестьянам!» К концу войны, поняв как устали народы от войны, Ленин гениально прибавил к лозунгам третий: «Мир — народам!»

Суммировав все это, приходим к выводу, что две самые крупные революционные партии России начала века боролись за устранение несправедливости в распределении недвижимого имущества и средств производства, то есть национального богатства. За что еще боролись? Считалось, что самодержавие — форма правления, при которой страной правит единоличный правитель, получивший власть по наследству — крайне реакционная и несовременная форма правления.

Под знамена союзников: большевиков и эсеров — стекались массы, и в неслабом количестве. И благодаря гениальной тройной формуле большевики и победили. Так? Представляется, что именно так.

А за что бороться сегодня? Сегодня землей никого с места не сдвинешь. За нее волнений не будет. Вопросы собственности предприятий и земли не являются сегодня революционными, подымающими массы. Почему? Фабрики и заводы не нужны рабочим, потому что наладить равномерное и постоянное капание прибыли в карманы каждого из 12 тысяч рабочих Красноярского алюминиевого завода плохо возможно, или невозможно. Проще отдавать часть прибыли владельцам завода и администрации, получая за возможность аренды оборудованья, средств производства — машин, и за работу производства алюминия из сырья владельца — фиксированную заработную плату. Так удобнее, каждому рабочему не нужно возиться с заводом.

Земля нужна сегодня крестьянам? Очень незначительному меньшинству. Тем, кого не пугает не только борьба с землей, с почвой, но и не пугает борьба с бумагами и чиновниками. Тем, кто согласен добывать кредиты на тракторы, отбиваться от злобы и зависти неимущих соседей. А таких героев на все российское крестьянство ничтожно мало. Даже, точнее сказать,— на все российское население. Потому что класс мелких сельскохозяйственных собственников у нас в России давно исчез, теснимый насильственной коллективизацией. Насильственной она была, да, но несомненно, что способ производства сельскохозяйственной продукции отраслевыми гигантами — колхозами и совхозами — все равно является более прогрессивным. На Западе не насильственная коллективизация упразднила единичные мелкие хозяйства, а жестокая конкуренция. Специализировавшиеся на пшенице или кукурузе или выращивании свиней лучше управлялись с делом, чем жалкий фермер с тремя тракторами. Потому индивидуальная собственность на землю, предполагающая начало с нуля: выделение государством лоскута земли и пары тракторов — никому не улыбается. Точнее, улыбается очень немногим. Чтобы достичь благосостояния, крестьянин должен несколько поколений живот надрывать, а не надорвет — разорится.

Потому подобный ранний, эпохи начала XX века, социализм сегодня не есть революционная идеология, что предлагаемые им БЛАГА, то, за что следует бороться,— не есть БЛАГА. Ради них никто задницу от стула не подымет. В Италии 70-х и 80-х годов «Красные бригады» базировали свою идеологию на идеях позднего последователя Грамши — Панциери, умершего в 1964 году, и ученика последнего — Тони Негри, автора идей «Рабочей Автономии». Однако этот, очень развитой марксизм все же исходил из доктрины диктатуры пролетариата, и пролетарской революции, как единственного пути к наступлению царства диктатуры пролетариата. Тони Негри только и добавил своего, что идею, что не следует ждать, когда политическая ситуация созреет до пролетарской революции, что можно подтолкнуть ситуацию: искусственно подогреть политический котел терроризмом. К этому же выводу пришел и Ренато Курчио, лидер «Красных бригад». Однако, несмотря на то, что два десятилетия «Красные бригады» не сходили с новостных колонок СМИ, подогреть итальянское общество до температуры революции им не удалось. Между тем «бригадисты» приблизились к пролетариату вплотную. Функционировали общие с рабочими концернов «Сиг-Симменс» и «Фиат» дискуссионные клубы и семинары, где «бригадисты» промывали работягам мозги. Однако лишь десятки работяг пошли с «бригадистами», а не десятки тысяч. Дело в том, что диктатура пролетариата (а в ее ассортименте были и «Фабрики — рабочим!» и «Земля — крестьянам!») оказалась не нужна пролетариату. Пролетариат, оказалось, не хотел обременять себя проблемами собственности на средства производства, проблемами производства и продажи продуктов этого производства. Работяги хотели только арендовать рабочее место и машины и из сырья хозяина делать продукт. А к вечеру, ни за что не отвечая, после гудка, валить быстрее с фабрик, слава Богу, забыть о них до утра! «Красные бригады» и их идеологи не наблюдали достаточно пристально окружающий их мир конца XX века.

Что же случилось? Упадок социализма и марксизма как его отдельной, наиболее самостоятельной ветви не связан ли с переориентацией целей «пассионарного», как его квалифицировал Лев Гумилев, индивидуума? «Маргинала», как мы его назвали, troublemaker(a), как называет подобных неспокойных людей американская традиция? (У меня в ранней книге «Дисциплинарный санаторий» такой тип человека назван «возбуждающимся».) Именно произошла, получается, переориентация. Обладание трудовым коллективом заводом, землей, не заманчиво? Да это даже бремя. А массовый человек, как мы знаем, сам революций не совершает. Его в революции втягивают.

За что же ныне сдвинется с места, будет бунтовать пассионарный индивидуум, маргинал? За что будет бороться? Часть этих целей уже определена в настоящей книге.
1. Будет бороться за разрушение семьи, и за новый сексуальный и общественный коллектив — коммуну. За высокую сексуальную комфортность в жизни. За два, три и сколько хочешь часов ласки в сутки. Не следует недооценивать революционность стремления человека к сексуальной комфортности. Она важнее права на труд. За сексуальной комфортностью шли в семью к Мэнсону его девочки. И он привязал их на десятилетия. Сексуальная комфортность повышает качество жизни немедленно.
2. Будет бороться за более быструю и содержательную жизнь, за переоценку роли возрастов и сдвиг их в пользу молодежи, возраста с 14 до 35 лет. Будет бороться против диктатуры среднего возраста.
3. Будет бунтовать против чудовищной школы, репрессивной системы, стоящей бок о бок с семьей и тюрьмой. Будет работать на ее уничтожение.
4. Еще важное благо: социальная мобильность. Чтобы каждый, кто сегодня ничто, кто входит в жизнь в 14, 15 или 20 лет, мог в короткое время стать всем. В старых застойных государствах все места переделены и распределены и захвачены семьями. В литературе там свои Михалковы, в кино свои Михалковы, в живописи свои Кончаловские. Так быть не должно. Нужно такое общество и государство, где талантливый новоприбывший имеет шанс быстро стать всем. Должна быть возможна любая судьба. Самая высокая социальная мобильность наблюдается именно в революции. Право на особую экстремальную судьбу дает только общество в момент революции и сразу после нее. Именно за судьбу, за возможность стать командиром полка в 16 лет пассионарный индивидуум сдвинется с места. (Как говорили во Французскую революцию: «В каждом солдатском ранце лежит маршальский жезл». Надо чтоб лежал.)
5. Волнующим благом может служить для пассионариев право на войну. Есть целая категория мужчин, пылко любящих войну. Им нужна война, ее подвиги, и даже ее грабеж, потому что эти вещи в природе человека. Тем, у кого есть fighting instinct, нужно предусмотреть право и возможность воевать.
6. Общества современных европейских и азиатских и африканских стран ориентированы на накопление престижа и капитала семьями. На улучшение качества жизни семьи на протяжении поколений. Маргинал всегда был и будет заинтересован в разрушении такого абсурдного порядка. Наследства следует отменить, каждый пусть начинает с нуля, а не с капиталов папы. Нужно бороться за повышение качества одной отдельно взятой человеческой жизни.
Вот лишь несколько основных тезисов, они же лозунги, они же цели, за которые будут бунтовать и бунтуют современные маргиналы, пассионарии XXI века. Часть целей уже определена в этой книге, и цели получили объяснение, часть предстоит объяснить. Интересно, что ни одна из этих целей не есть экономическая. Нигде не идет речь о капитале, заводах, фабриках, средствах производства, а если идет речь, то не они — главное. Почему упал престиж экономики, с нею и социализма и марксизма?

Самый общий ответ будет такой: переход собственности в те или иные руки, в одни или во множество, не способен изменить основные условия жизни на Земле.

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   23

Похожие:

Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Как мы строили будущее России © Эдуард Лимонов оглавление

Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) у нас была Великая Эпоха ©...
Эта книга — мой вариант Великой Эпохи. Мой взгляд на нее. Я пробился к нему сквозь навязанные мне чужие. Я уверен в моем взгляде
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Смерть современных героев © Эдуард Лимонов оглавление
Сан-Марко шел крупный тяжелый снег. Ни единой маски, ни единого маскарадного костюма в толпе. Сложив фантастические маски и костюмы...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Молодой негодяй © Эдуард Лимонов оглавление 1 46
Юноша Лимонов вздыхает и нехотя открывает глаза. Узкую комнату заливает проникшее с площади Тевелева через большое окно, желтое,...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Убийство часового дневник гражданина...
Ахромеева, специального военного советника президента ссср, бывшего командующего Генеральным штабом. Низкое предательство слизняка...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дневник неудачника, или Секретная...
Великое и отважное племя неудачников разбросано по всему миру. В англоязычных странах их обычно называют «лузер» — то есть потерявший....
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Книга воды © Эдуард Лимонов оглавление Предисловие Моря
Военной полиции ныне покойной Республики Книнская Краина. Летом 1974-го я проехал сквозь Гагры, направляясь в сторону Гудаут, в спортивном...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление
Смиф, герой романа «1984», «верил, что он был рожден в 1944 или 1945 году», то есть мы с ним ровесники. Поскольку 1984 год давно...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Палач, или Oscar et les femmes...
Оскару все тот же монотонный шум сентябрьского нью-йоркского теплого дождя, перемежаемый иногда всплесками колес автомобилей, имевших...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) 316, пункт «В» © Эдуард Лимонов...
Бродвее, Ипполит прижал привычным движением подушечку большого пальца правой руки к темному стеклу гардиен-дактилографа, но identity...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница