Валентин Булгаков в царстве свастики




НазваниеВалентин Булгаков в царстве свастики
страница1/8
Дата публикации14.10.2013
Размер1.01 Mb.
ТипДокументы
skachate.ru > Литература > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8
Валентин Булгаков

В царстве свастики По тюрьмам и лагерям

   Валентин Федорович Булгаков родился 13 (25) ноября 1886 года в городе Кузнецке Томской губернии. С 1906 по 1910 год учился в Московском университете на историко-филологическом факультете.

   В 1907 году познакомился с Л. Н. Толстым. с февраля 1910 года по рекомендации В. В. Черткова стал личным секретарем писателя. Написал книгу "Л. Н. Толстой в последний год его жизни". С 1916 по 1923 год работал директором музея Толстого в Москве. С 1923 по 1948 год находился в эмиграции в Праге. Основал русский музей. С 1948 года хранитель дома-музея Толстого в Ясной Поляне. Скончался 22 сентября 1966 года.

  

Глава I
   Под вечер 14 марта 1939 года, в холодный и серенький денек, приехал я в Збраслав, чтобы переночевать в замке и с утра поработать в Русском музее. Переходя по железному мосту по дороге от вокзала в город, встретил чешскую девушку Верочку Маркову. В первые годы нашей жизни в Збраславе по приезде из СССР мы квартировали в доме ее родителей.

   Улыбнувшись девушке, спрашиваю, как она поживает.

   -- Ах, господин Булгаков, плохо!

   -- Почему же?

   -- Да потому, что нас забирают немцы!

   -- Как забирают? Кого "вас"?

   -- Нас, республику. Говорят, они уже в Бероуне.

   -- Немцы в Бероуне?! И вы верите этому?

   -- Да как же не верить? Все говорят об этом!

   -- Кто "все"?! Ах, Верочка, Чехословацкая республика -- независимое государство, и немцы не могут так просто перейти через его границы и оказаться вдруг в Бероуне, за каких-нибудь пятьдесят километров от Праги!.. Зря болтают люди...

   -- Вы думаете, господин Булгаков?

   -- Конечно! Вы едете в Прагу? Поезжайте себе спокойно. Немцев вы не встретите.

   Мы распрощались. Подойдя к замку, я открыл своим ключом входную дверь и, никого больше не встретив, прошел в Русский музей, с отрадой обошел все его комнаты, сделал намеченную на вечер работу, потом напился чаю и лег спать. На другой день посетителей в музее не ожидалось, и я, поднявшись наутро, уже в двенадцатом часу отправился домой.

   На пражском вокзале неожиданно узнал, что тот номер трамвая, которым я обычно пользовался, не ходит, потому что путь его в центре города пересекается вступающими в город немецкими войсками.

   Добравшись сквозь пургу до площади Вацлава и улицы Пршикопы, заполненных народом, я увидал заснеженные серые немецкие танки, автомобильные платформы и мотоциклетки, мчавшиеся непрерывной чередой по направлению к берегу Влтавы и Национальному театру.

   Богатая и сильная среднеевропейская республика рушилась. Накануне оккупации Праги, 14 марта 1939 года, отделилась и объявила себя самостоятельным государством Словакия, где взяла верх партия католических священников-националистов Тисо и Андрея Глинки. Объявила себя "самостоятельной" также примыкавшая к Чехословакии с востока Карпатская Украина (бывшая Подкарпатская Русь), вернее, та половина ее, которая не отошла в предшествовавшем году к Венгрии. Это разделение Чехословакии, конечно, входило в политический и стратегический план фашистского правительства Германии.

   Гитлер не собирался, впрочем, оставить в покое и республику Чешскую: 16 марта 1939 года она превращена была в германский протекторат Богемия и Моравия. Судеты с их немецким населением, стремившимся "домой", "heim ins Reich", также отошли к Германии.

   О президенте Гахе, маленьком, болезненном старичке, говорили, что, будучи вызван в Берлин и разговаривая с Гитлером, он впал в полное изнеможение, с ним случился обморок и его едва живого привезли в Прагу. Гитлер бесцеремонно кричал на маленького, слабого президента. "Вручая" немецкому фашизму республику, Гаха хотел спасти Прагу от разрушения с воздуха, которым угрожали немцы.

     

   Немцы постепенно захватили в свои руки всю Прагу. В городе размещен был многочисленный немецкий гарнизон. Управление по всем ведомствам перешло в руки немецких служащих. Если и сохранились чешские руководители во главе учреждений, то они выбирались из представителей германофильских кругов. В огромном и роскошном здании бывшего банка, принадлежавшем чешскому архимиллионеру Печеку, расположилось гестапо, то есть тайная государственная полиция. Там были сосредоточены ее оперативное и следственное отделения. Арестованные содержались в тюрьме гестапо на Панкраце. Это была старая чешская тюрьма, расположенная в огромном четырехэтажном здании. Теперь она целиком была предоставлена новой властью в распоряжение немецкой политической полиции. Благодаря чрезвычайно распространенному шпионажу в гестапо попадали все новые и новые жертвы, так что тюрьма на Панкраце никогда не пустовала. В этот период мы проживали на Сезимовой улице, идущей от Врщовицкой ратуши вниз, к площади Ригера. Это как раз путь, ведущий от въезда в город с юга и от тюрьмы на Панкраце в центр Праги, а следовательно, и ко дворцу Печека. И мы могли постоянно видеть из окон, как "черный ворон", глухой автомобиль-фургон, употреблявшийся для перевозки политических "преступников", пробегал то по улице вниз -- ко дворцу Печека, то снизу вверх -- к тюрьме на Панкраце.

   В нескольких шагах от нашей квартиры, посреди площади Ригера, был расположен рынок. Если у того или другого ларька собиралось слишком много покупателей, то сейчас же выстраивалось две очереди: одна -- немецкая, другая -- чешская, причем сначала товар отпускался немцам и лишь потом чехам.

   Гитлер приказал своим войскам относиться к чехам не как к гражданам завоеванной страны. Но унижений для чехов и в местах общественного пользования, и в учреждениях, и в школе хватало. Чех сразу стал гражданином второго сорта. По всей стране уничтожались памятники президенту Чехословацкой республики Т. Г. Масарику. Бронза конфисковывалась на нужды войны.

   Материальные ресурсы страны -- железо, уголь, дерево, хлеб -- обращались прежде всего на военные цели.

   В положении русских в Праге -- и эмигрантов, и советских граждан -- не произошло в первые два года оккупации страны немцами никаких или почти никаких изменений. Что касается, в частности, советских граждан, то немцев стесняло, по-видимому, наличие советско-немецкого договора о ненападении. Разумеется, все эмигрантские учреждения, в том числе гимназия и Русский свободный университет, сразу поставлены были под немецкий контроль. Ректором университета оставался по-прежнему энергичный М. М. Новиков, но каждое свое решение он должен был согласовывать с официально назначенным немцами уполномоченным по культурной работе среди русских, помощником ректора профессором В. С. Ильиным, человеком крайне консервативных взглядов и настроений, врагом "большевизма". Верховный надзор над русским школьным делом и культурным строительством получил член фашистской партии профессор немецкого университета в Праге доктор Гамперль.

   Перевод работы на новые рельсы начался с выступления прибывшего из Берлина русского фашиствующего генерала Бискупского перед собранием руководящих деятелей всех русских эмигрантских организаций. Бискупский, муж давно покойной цыганской певицы Вяльцевой, георгиевский кавалер, чрезвычайно надутый и довольный собою толстяк, учил русских эсеров, кадетов, октябристов и черносотенцев во всем довериться руководству немецкого управления по делам русских беженцев, отказаться от занятий политикой и посвятить себя чтению Евангелия и молитве.

   -- Ишь ты какой! -- говорил, прослушав Бискупского, философ профессор Николай Онуфриевич Лосский, человек праволиберальных воззрений, -- сам-то забрал себе все возможности политической деятельности, а нам предлагает изучение Евангелия!..

   Управление по делам русских беженцев начало действовать. Оно взяло на себя функции чего-то вроде русского консульства: регистрировало всех беженцев, выдавало им особые удостоверения и прочее. Может быть, выискивало и добровольцев для будущей и, без сомнения, уже намечавшейся Гитлером войны с СССР.

   Русская "черная сотня" подняла голову в родительском комитете русской гимназии, где училась моя младшая дочь Оля. На общих родительских собраниях, созываемых комитетом, происходили жаркие перепалки между сторонниками немецкого и независимого русского курсов ведения дел и воспитания молодежи.

   Во главе гимназии поставлены были два директора: русский и немец. Фамилию немца забыл, а русским директором назначен был известный "евразиец" и историк доцент П. Н. Савицкий. Директор-немец играл роль контролера над всеми действиями и распоряжениями русского директора.

   Русский культурно-исторический музей действовал в общем-то на старых основаниях. Руководство музеем оставалось в моих руках. Профессор Гамперль посетил однажды музей вместе с Ильиным, все осмотрел, но никаких замечаний не сделал и никаких особых требований не предъявил. По-прежнему приходили в музей по воскресеньям русские и чехи и осматривали его художественные и исторические коллекции.

   Расскажу об одном инциденте, обратившем на меня особое внимание немецких наблюдательных органов.

   По воскресеньям иногда приходил и помогал мне за скромную разовую плату представитель эмигрантской "молодежи" инженер Усов, сын генерала. Ему было уже лет 30--35. Он засиделся в "молодых". Что это значило? То, что, проживая на чужбине, Усов никак не мог устроить своего положения: постоянной работы не имел, не женился, не переставая боролся с крайней нуждой, голодал. Вместе с тем обладал приятными, культурными манерами. Вредила ему слабость к спиртному.

   В обязанности Усова входила главным образом продажа билетов. Но изредка, в дни, когда было мало посетителей, он проводил ту или иную маленькую группу по музею в качестве добровольца-экскурсовода.

   Иногда, в свободные минуты или за работой в канцелярии, завязывался между нами разговор, подчас переходивший и на политические темы. Обсуждалось положение Чехии после захвата ее немцами.

   16 февраля 1941 года я получил по городской почте бумажку следующего содержания:

    

"Тайная государственная полиция.

Управление тайной полиции в Праге.

   Прага 11, 14.02.1941.

Повестка

 

   Настоящим предлагается вам явиться во вторник, 18.02.1941, между 9 и 2 часами в Управление государственной полиции в Праге (Бредова улица, 3-й этаж, комната 224), предъявив эту повестку.

Управление: 11 А.3. PI".

    

   Я был в полном недоумении: зачем призывает меня в гестапо это таинственное "Pi"? Однако, захватив свой советский паспорт, отправился 18 февраля к двум часам дня во дворец Печека, где помещалось гестапо.

   Вхожу в подъезд колоссального гранитного здания. Низкий вестибюль. Пять-шесть каменных ступеней ведут на площадку, по которой расхаживает караульный -- молодой эсэсовец в шинели и с ружьем. Предъявляю повестку гестапо.

   Эсэсовец показывает жестом вниз, налево от лестницы. Вижу узкую лестничку, уходящую в подвал. Там, в бывшей швейцарской, нахожу бюро пропусков. Мне выдается на клочке бумаги пропуск, я выхожу из бюро, показываю пропуск часовому, и он направляет меня направо, к лифту.

   Лифт подымается на третий этаж. Передо мной направо и налево длинный коридор. Двери и двери, как в гостинице. Над дверями -- номера, все двухсотые. Рассчитываю, в какой стороне должен быть номер "224", и иду.

   Вот и мой номер. Стучусь. Изнутри слышится: "Herein!"*

   Вхожу. Небольшая светлая комната с низкими окнами. Письменный стол, за которым сидит худенький, бритый молодой человек с темным -- и по цвету кожи, и по выражению -- лицом и с черными, усталыми глазами. Налево, перед столиком с пишущей машинкой, восседает пожилая, полная дама довольно добродушного вида. (Потом она с тем же добродушным видом присутствовала при пытках, которым подвергнута была моя старшая дочь Таня.)

   Здороваюсь и снова подаю свое "Vorladung". Молодой человек указывает на стул сбоку от стола.

   Начинаются формальные вопросы: об имени, возрасте, гражданстве, занятии и так далее.

   Отвечаю.

   -- Где вы научились говорить по-немецки?

   -- Сначала в гимназии, потом -- во время своих лекционных поездок по Германии и Австрии.

   -- О чем вы читали? Какие города посетили?

   Отвечаю и на эти вопросы.

   -- Каково ваше отношение к Германии?

   -- Познакомившись поближе с Германией, я успел полюбить ее. Мне импонирует высокая культура Германии. Я постоянно восхищался прекрасной архитектурой, музеями, живописной природой.

   Молчание.

   -- Скажите, а как вы относитесь к современному национальному движению в Германии?

   -- Я в политику не вхожу. Я понимаю в политике довольно мало. Кроме того, я иностранец и, как таковой, не имею права судить о политике другого государства, находясь на его территории.

   -- Однако вы высказывались о политике национал-социализма?

   -- Нет, не высказывался.

   -- Высказывались. Припомните!..

   Пожимаю плечами. Вспоминаю. Очевидно, что если мне что-то вменяется в вину, то тут имеется в виду какое-то публичное выступление, а между тем таковых не было.

   Говорю, помолчав:

   -- Никогда и нигде я не выступал публично против национал-социализма. Я не мальчик и не мог бы позволить себе, будучи иностранцем и находясь в германском протекторате, выступать публично с речами против правительственной германской политики.

   -- Припомните лучше!

   Молчание.

   -- Не могу припомнить. Скажите, что вы имеете в виду. У вас, по-видимому, есть какой-то материал по этому поводу?

   -- Да, есть. Но вы должны сознаться сами.

   -- Мне не в чем сознаваться. Могу только предположить, что в вашем распоряжении имеется какой-то ложный донос.

   -- А кем этот донос мог быть сделан?

   -- Не знаю.

   -- Постарайтесь сообразить!

   -- Не знаю, -- сказал я. -- Недавно в моей жизни был случай, когда я обидел одного человека... одного служащего Русского музея, запретивши ему принимать чаевые... Может быть, человек этот, раздраженный моим отношением...

   -- Как его имя? -- решительно спросил следователь.

   -- Этого я не могу сказать!

   -- Почему?

   -- Потому что я могу ошибиться и незаслуженно скомпрометировать человека.

   -- Но ведь, быть может, его имя значится у меня тут, в этих бумагах! -- воскликнул немец, схватившись обеими руками за пачку лежавших перед ним бумаг и потрясая ею в воздухе.

   -- Может быть. Но я все-таки не могу его назвать.

   -- Это... -- следователь приостановился. -- Борис Усов?

   Видя, что следователь действительно имеет в руках донос Усова, я ответил:

   -- Да.

   Следователь составил протокол, сделал условленную, каббалистическую, отметку на моем пропуске, и я, вручивши пропуск часовому в вестибюле, покинул зловещий, но пока еще не до конца раскрывшийся передо мной дворец Печека.

   Рассказывая двум-трем ближайшим знакомым о случившемся, я получил от одного из них резонное указание:

   -- Не воображайте, что этим кончились все ваши отношения с гестапо! Оно взяло вас на примету и теперь уже не выпустит из виду.

   Я потом думал: следователь был как будто милостив ко мне. Но не выручил ли меня на этот раз не только угаданный донос, но и... мой советский паспорт? Кажется, что это было так. За советским гражданином стояло могущественное Советское государство, отношения Германии с которым пока были нормальными. Между ними существовал даже пакт о ненападении.

    

   В Праге между тем среди русских начали поговаривать, что теперь немцы ринутся, наверное, на восток, против Советского Союза. Разговоры такого рода слышались и в канцелярии Русского свободного университета. Проректор В. С. Ильин, поводырь правых, рассказывал о встречах с немцами: все они, в том числе солдаты и офицеры, утверждали открыто, что готовятся к войне с Россией.

  

  

  1   2   3   4   5   6   7   8

Похожие:

Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасьевич Булгаков Театральный роман Булгаков М. А. Театральный...
Предупреждаю читателя, что к сочинению этих записок я не имею никакого отношения и достались они мне при весьма странных и печальных...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconКогда-то, в стародавние времена, неподалеку от Рима жил епископ Тернийский...

Валентин Булгаков в царстве свастики iconБулгаков афанасий иванович 04. 1859 03. 1907)
Булгаков афанасий иванович 04. 1859 03. 1907 православный богослов конца XIX начала XX века, ординарный профессор Киевской Духовной...
Валентин Булгаков в царстве свастики icon«масленица в тридевятом царстве» переславль-залесский 1 день Стоимость тура – 1 600 руб
В стоимость включено: экскурсионное и транспортное обслуживание по программе; услуги гида-сопровождающего; входные билеты в музеи;...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасиевич Булгаков Мастер и Маргарита Михаил Булгаков Мастер и Маргарита Москва 1984
Текст печатается в последней прижизненной редакции (рукописи хранятся в рукописном отделе Государственной библиотеки СССР имени В....
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Булгаков Адам и Ева Булгаков Михаил Адам и Ева
Адам (целуя Еву). А чудная опера этот "Фауст". А ты меня любишь? Ева. Люблю. Адам. Сегодня "Фауст", а завтра вечером мы едем на Зеленый...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасьевич Булгаков багровый остров роман тов. Жюля верна...
В океане, издавна за свои бури и волнения названном Тихим, под 45-м градусом находился огромнейший необитаемый остров, населенный...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасьевич Булгаков Записки юного врача Михаил Афанасьевич...
Если человек не ездил на лошадях по глухим проселочным дорогам, то рассказывать мне ему об этом нечего: все равно он не поймет. А...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасьевич Булгаков Жизнь господина де Мольера Михаил Булгаков....
Некая акушерка, обучившаяся своему искусству в родовспомогательном Доме Божьем в Париже под руководством знаменитой Луизы Буржуа,...
Валентин Булгаков в царстве свастики iconМихаил Афанасьевич Булгаков : Собачье сердце Михаил Булгаков Собачье сердце
У-у-у-у-у-гу-гуг-гуу! О, гляньте на меня, я погибаю. Вьюга в подворотне ревёт мне отходную, и я вою с ней. Пропал я, пропал. Негодяй...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница