Оглавление хроника мапрял




НазваниеОглавление хроника мапрял
страница8/20
Дата публикации22.02.2013
Размер2.39 Mb.
ТипДокументы
skachate.ru > Культура > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   20
^

Лексические трудности перевода на русский язык испанских юридических и официально-деловых текстов



В курсах обучения как русского, так и испанского языков как иностранных, в последнее время все более важное место стали занимать такие дисциплины как функциональная стилистика, специализированные курсы перевода, в частности преподавание официально-деловой речи, стратегий ведения коммуникации не только в сфере бытовых и социально-политических тем, но и в более специфических областях, какой является сфера официально-деловых отношений, правовые взаимоотношения между государством и гражданином. Возрастание интереса к изучению языка деловой коммуникации находит объяснение, в первую очередь, в том то, что специалисты в области иностранного языка, будь то русский или испанский, как правило, связывают свою профессиональную деятельность с работой в качестве переводчика или сотрудника совместных предприятий, либо представительства иностранной фирмы за рубежом. В настоящее время владение юридической и деловой речью является важной составной профессиональной подготовки как специалиста-филолога, так и переводчика. Именно в связи с этим, авторы данной статьи и предприняли попытку написания пособия по курсу перевода юридических и административно-деловых текстов с испанского языка на русский и с русского на испанский. Совместное написание такого пособия «интернациональным» составом позволило, на наш взгляд, подойти к проблемам перевода текстов такого рода под углом зрения трудностей перевода с родного на иностранный и с иностранного на родной уравновешенно. Предлагаемое пособие может быть использовано как для студентов, родным языком которых является русский, так и для тех, кто говорит на испанском. В то же время следует отметить и тот факт, что в наше время постепенно контингент студентов, обучающийся в высших учебных заведениях, перестает быть монокультурным и моноэтническим, ибо глобализация все больше охватывает не только сферу экономики, но и иные сферы жизни и деятельности, в том числе и учебный процесс. Сегодня в Гранадском университете, как правило, студенческие группы полиэтничны, где совместно овладевают профессией переводчика студенты-испанцы, а также многочисленные стажеры, стипендиаты из России, других стран Восточной Европы, владеющие русским языком (1).
Успешное овладение официально-деловой речью на иностранном языке, на наш взгляд, следует начинать с сопоставления аналогичных стилей в двух языках. Таким образом, можно выявить сходства и различия, поскольку именно последние и представляют трудность как для правильного понимания, так и адекватного перевода на родной язык. В целом, можно утверждать, что официально-деловой стиль и его юридическая разновидность занимают примерно одно и то же место в структуре общенационального как русского, так и испанского языков, выполняя практически идентичные функции. Поэтому и черты его, в целом, сходны. Официально-деловой стиль и в русском, и в испанском языках характеризуется нейтральным тоном изложения, наличием клишированных формул выражения, отсутствием эмоциональности, преимущественно письменной формой изложения, функционированием при довольно дистантных (часто иерархических — гражданин/ орган власти) отношениях между адресатом и адресантом. При этом и испанские, и русские лингвисты отмечают, что официально-деловая речь стремится к предельной точности и полноте изложения. В то же время следует отметить, что исторические условия, в которых сформировалась официально-деловая речь, и юридический подъязык в частности, в России и в Испании были весьма различны, что соответственно отразилось и на некоторых общих и частных чертах вышеуказанного функционального стиля. Так, в испанском языке наблюдается большая архаичность, консервативность формул юридического дискурса, употребление временных форм сослагательного наклонения, практически вышедших из употребления в живой разговорной речи, да и в литературном языке в целом, таких так Futuro de Subjuntivo (2), а в русском языке наблюдается тенденция к значительным изменениям лексического компонента, более частотными стали в последнее время заимствования, главным образом из английского языка (импичмент, консалтинг, клиринг, менеджмент, мерчандайзер, траст, и т.п.). Процессы, происходящие в русской официально-деловой речи, являются отражением тех глубоких социально-экономических преобразований, которые имели место в связи с идеологическими трансформациями в российском обществе, утверждением рыночных отношений и демократизацией общества. С другой стороны, язык является средством коммуникации и хранения, передачи от поколения к поколению наших знаний и представлений. И, соответственно, в языке находит отражение действительность, особенности политического, социального, законодательного устройства того или иного конкретного общества. Этот референционный аспект проявляется в первую очередь на лексическом уровне и представляет определенные трудности при переводе. Проблема, как правило, заключается в том, что в одной из систем отсутствует та или иная юридическая норма, структура или процедура, что приводит к «непереводимости» некоторых слов или словосочетаний. Именно различия в сфере устройства жизни того или иного народа, специфика взаимоотношений государства и гражданина, наличие как писаных так и «неписаных» правил коммуникации в такой важной и сложной сфере, какой является официально-деловая коммуникация, вызывают у некоторых теоретиков перевода сомнения вообще в возможности достичь эквивалентного перевода. Иными словами, перевести буквально можно практически все, и пути преодоления таких трудностей перевода, в том числе и так называемой «безэквивалентной лексики», в теории и практике перевода известны, − это может быть и прямое заимствование (чем и можно объяснить наличие многочисленных англицизмов в современном русском языке), и калька, и дескриптивный перевод; однако остаются сомнения, насколько правильно они будут истолкованы носителями другого языка и другой культуры.(3). Мы все-таки считаем, что сама практика перевода, обслуживающая все необходимые обществу сферы коммуникации подтверждает возможность и эффективность таких переводов. Тем не менее, все же не все переводы отвечают требованиям исчерпывающей точности и адекватности, а главное, не всегда понятны и адекватно воспринимаются реципиентом перевода. В практическом плане, данный вопрос может найти более полное освещение и решение, если будут составлены, так называемые «Жанровые словари» (Diccionarios de géneros), где были бы собраны образцы имеющихся в двух языках разновидностей таких текстов, при этом возможно как использование параллельных текстов аналогичного жанра и содержания, так и переводов из банка данных, который еще предстоит создать (4).
Говоря о проблемах перевода юридических и официально-деловых текстов, следует отметить, что исчерпывающий характер, точность и недвусмысленность изложения являются краеугольным камнем не только написания, но и перевода таких текстов. В рамках данной статьи хотелось бы остановиться на некоторых проблемах, связанных с лексическим своеобразием и спецификой официально-деловых юридических текстов в двух языках – русском и испанском.
Лексика, встречающаяся в текстах такого рода, может быть подразделена на три основных группы:

  • общеупотребительная лексика, присутствующая и в других функциональных стилях языка;

  • сугубо юридическая терминология;

  • специальная лексика, часто также терминологическая, но касающаяся той сферы жизни или деятельности, о которой идет речь в документе.


Таким образом, на начальном этапе работы с текстом необходимо уметь вычленить именно эти три вышеуказанные слоя лексики, так как довольно часто случается, что лексемы в двух языках бывают омонимичными. Так, существительное poder многозначно в испанском языке и употребляется в значении власть, мощь, сила, вес, но в юриспруденции оно приобретает и новое значение − доверенность, то есть документ, который наделяет определенными полномочиями и властью лицо для совершения действия от имени другого лица. Слово providencia в испанском языке основным имеет следующее значение ‘Cuidado que Dios tiene de las criaturas’ «забота, проявляемая Богом о своих созданиях», «провидение»; в сочетании с прилагательным Divina — “Divina providencia” имеет значение «воля божья», однако как юридический термин употребляется в значении ‘resolución dictada por un juez en casos de poca trascendencia, sin expresar los motivos’ − «решение, принимаемое судьей единолично относительно незначительных дел, без обоснования принятого решения». К таким же словам можно отнести и судебный термин, словво ‘аuto’, которое в настоящее время весьма распространено в значении “forma de resolución judicial, que decide cuestiones para las que no es necesaria una sentencia – форма судебного решения, разрешающая вопросы, не требующие приговора суда”; в русском языке эквивалентом может быть судебное решение. Отличие испанского ‘аuto’ и ‘sentencia’ состоит в том, что аuto принимается судьей единолично и имеет промежуточный характер, а ‘sentencia’ является окончательным вердиктом − как в гражданском, так и в уголовном законодательстве. В то же время в испанском языке термин sentencia/приговор имеет более широкую сферу применения, чем его русский лексический эквивалент, где термин приговор употребляется исключительно в отношении уголовных дел. Попутно отметим, что испанское термины ‘аuto’ и ‘sentencia’ могут стать источником и иного характера ошибок, на которых мы остановимся несколько позже, а именно быть «ложными друзьями переводчика».
Рассмотрим более подробно особенности каждой из вышеперечисленных групп. Общеупотребительная лексика, как уже отмечалось, характеризуется отсутствием коннотаций, то есть является нейтральной, эмоционально неокрашенной. При этом все же такой лексике присуща определенная стилистическая маркированность, часто проявляющаяся в преобладании номинативных форм выражения, употреблением отглагольных существительных (rectificación – исправление, adición – добавление, división – деление, representación – представительство, convocatoria – созыв, celebración – проведение, modificación –изменение adquisición – приобретение, transmisión – передача, reestructu­ración – реструктуризация).
Стилистически нейтральные глаголы участвовать, знакомить, помогать; исп. participar, conocer, ayudar, в официально-деловом и юридическом стиле обычно заменяются аналитическими структурами принимать участие, доводить до сведения, оказывать помощь; исп. tomar parte, poner en conocimiento, prestar ayuda(apoyo) и т.п. Кроме того, говоря о юридическом языке, мы должны учитывать, что в рамках данного регистра языка выделяются несколько подрегистров: сугубо научный, на котором пишутся научные статьи, диссертации, монографии; административно-деловой, на котором ведется вся документация государственных учреждений, судебный – язык приговоров, судебных постановлений и т.п., деловой коммерческий, получивший особо бурное развитие в России в последнее время. Особым стилем обладает язык в сфере международных отношений, который более чем иные регистры подвержен унификации на международном уровне. Говоря о специфике каждого из выше перечисленных регистров, можно отметить, что международным договорам и соглашениям, конституции страны присуща возвышенность стиля, а судебные документы, такие, как протокол задержания, допрос, даже заявление в полицию обычных граждан, неизбежно содержат канцеляризмы, иногда написаны не совсем грамотно, туда могут попасть и некоторые разговорные элементы и даже жаргон. В то же время, имеется целый ряд административных документов, в частности деловых писем, заявлений, уведомлений, исков, апелляций и т.п., в которых весьма четко прослеживается иерархическая зависимость адресата и адресанта, т.е. подчиненность гражданина (автора заявления, ходатайства и т.п.) органу власти, к которому он обращается. На лексическом уровне это проявляется в употреблении весьма разнообразных форм вежливого обращения Excelentísimo, Ilustrísimo, Magnífico, Estimable, etc. Следует отметить, что уже при переводе форм обращения с испанского языка на русский возникают трудности, связанные с тем, что испанский язык располагает значительно более разветвленной системой формального обращения в зависимости от положения, которое занимает то или иное должностное лицо. В то время, когда в русском языке приняты такие формы вежливого обращения, как Уважаемый, Многуважаемый, Высокоуважаемый, реже Почтенный, причем выбор той или иной формы не регламентируется занимаемой должностью, в испанском же языке имеется перечень должностей, к обладателем которых принято, например, обращение Excelentísimo, оно уместно по отношению к мэру города, председателю правительства, министрам, депутатам парламента и т.п., в то время как обращение Ilustrísimo применимо к лицам, занимающим несколько более низкое положение в иерархической структуре испанского общества. Особо следует отметить форму Magnífico(букв. Великолепный), которая традиционно употребляется при обращении к ректорам университетов. Таковы традиционные формы обращения в Испании, хотя следует отметить, что в последнее время наблюдается тенденция к упрощению форм обращения, и некоторые пособия по деловому письму рекомендуют в деловом письме употреблять нейтральное Estimable, но только знание специфики делового общенния в Испании может помочь переводчику найти адекватную форму в русском языке. Те же прилагательные Excelentísimo, Ilustrísimo можно встретить и в названиях государственных учреждений Excelentísimo Ayuntamiento de Mаdrid; Ilustrísima Notaría, что абсолютно недопустимо в русском языке (Ср: *Превосходнейший Муниципалитет г. Мадрида или *Светлейшая Нотариальная Контора).
В письмах этикетного характера, социального содержания, можнo констатировать наличие оценочных элементов, напр.: (из письма Ректора Гранадского университета сотрудникам в связи с окончанием срока своих полномочий): ‘…quiero hacerte llegar mi más profundo agradecimiento por la colaboración y trabajo que durante este período has tenido con esta Institución así como el apoyo y afecto personal que en todo momento he sentido de toda la comunidad universitaria.- Я хочу выразить свою самую глубокую благодарность за сотрудничество и труд в течение всего периода работы в этом заведении, а также за поддержку и теплое отношение, которое я ощущал со стороны всего университетского сообщества.
В письмах же деловых, коммерческого характера, присутствует оценочная лексика, иногда весьма замысловатые формулы вежливости (complacerиметь удовольствие (письмо-приглашение); lamentar – сожалеть (ответ на письмо-рекламацию) и т.д. Коммерческая корреспонденция имеет свою специфику, ибо прагматически в большинстве случаев в письмах подспудно или явно присутствует желание завоевать доверие и расположение адресата. Именно этим можно объяснить и более простой синтаксис, способствующий лучшему пониманию текста, и наличие оценочной, главным образом пондеративной лексики, напр.: Dándoles las gracias por la atención que puedan prestarnos, aprovechamos la ocasión para hacerles patente el testimonio de nuestra consideración más distinguida – Мы Вам глубоко признательны за то внимание, которое Вы можете нам оказать, и пользуемся случаем, дабы выразить свое самое глубокое почтение
Что касается перевода юридической терминологии, то здесь вопрос состоит в поиске точного и однозначного эквивалента, и любая ошибка может иметь печальные последствия. Юриспруденция – область знания, берущая свое начало в Римском праве, и более последовательно и напрямую проявляется эта связь в испанском законодательстве и, соответственно, в испанской юридической терминологии. Можно констатировать наличие довольно обширной группы терминов латинского происхождения, в первую очередь в испанском языке, которые зачастую совпадают по своему значению и в русском языке. При этом характерно, что в русском языке иногда параллельно употребляются латинские термины и их полные эквиваленты русского происхождения, как правило дескриптивные, например: usufructo — узуфрукт, право пользования, comodato — коммодат, беспроцентная ссуда; apatridaапатрид, человек, не имеющий (лишённый) родины; fideicomiso – фидеикомисс; fisco – фиск, государственная казна, agnación — агнация, родство по мужской (отцовской) линии; quorum – кворум; referendum – референдум; extradicción – экстрадикция, передача в руки правосудия другой страны подозреваемого в совершении преступления; ratificación – ратификация; compensación – компенсация. В данном случае мы наблюдаем своего рода стратификацию языка юриспруденции в зависимости от сферы его употребления — в научных, профессиональных кругах предпочтение будет отдано терминам латинского происхождения, а в юридических актах, предназначенных для обычных граждан,− терминам русского происхождения (Данная тенденция характерна для научного стиля в целом, причем присутствует и в русском, и в испанском языках – ср. в медицине: рус. паротит и свинка; зубной врач и дантист; сода и карбонат натрия исп. parotitis – paperas; médico – matasanos; fiebre – calentura. Наблюдаются также и случаи, когда испанскому термину латинского происхождения в русском языке соответствует исконно русский термин: litigiо – суд, тяжба; avocación — затребование дела в высшую инстанцию, venia – введение несовершеннолетнего во владение собственностью.
К этой группе юридических терминов примыкают так называемые в испанском языке ‘latinismos crudos’ или, как это принято называть в русском языке, латинские изречения и фразы, которые употребляются в обоих языках в их исконном написании на латыни, такие как Ab initio; Modus operandi; Conditio sine qua non; Nihil obstat; Nudum pactum; De iure, De facto, Ad hoc, habeas corpus, хотя иногда в русском языке можно параллельно встретить и их написание кириллицей или же употребление русской дескриптивной формы: габеас корпус – предписание о представлении арестованного в суд (для рассмотрения законности ареста), де-юре, де-факто, мортис кауза, модус операнди и т.п.

Латинские морфемы также являются строительным материалом для многих современных терминов, в том числе и в области права, и, зачастую, значение таких терминов совпадает в обоих рассматриваемых языках. К такого рода терминам можно отнести те, в состав которых входят латинские корни или приставки поли-, мульти-, моно-, авто-, вице-, демо-; гео-; -графия; лого- и многие другие ( рус. поливалентный, мультинациональный, монография, автохтон, автократия, исп. polivalente, multinacional, monografía, autóctono, autocracia и многие другие).
Можно также отметить и наличие отдельных юридических терминов иного происхождения, которые совпадают по своему значению в обоих языках, например: араб. tarifa – тариф; греч. hipoteca – ипотека; crédito – кредит; франц. aval – аваль; нем. konzern – концерн; morganático – морганический.

Словосложение является весьма продуктивной моделью образования юридических терминов в обоих рассматриваемых языках, однако, при сопоставлении фактическолго материала, довольно редко встречаем изоморфные формы образования одних и тех же юридических терминов в двух языках, хотя сама по себе модель и существует в обоих языках. Сложному слову в испанском языке может быть эквивалентом термин, простое слово или словосочетание − в русском, и наоборот, ср.: esp. litisexpensas – судебные издержаки; litisconsorte – сторона судебного разбирательства; rus. полномочия – plenos poderes, poderes; правонарушитель — infractor, работодатель – empleador, patrón; налогоплательщик – tributario; налогообложение – imposición de impuestos. Весьма распространенными являются также составные слова-термины, пишущиеся через дефис: esp. título-valor, declaración-liquidación, libro-registro, lista-apéndice, título-acción; salario-base, teórico-práctico, técnico-sanitario, etc.; rus. купля-продажа; пассажиро-километр, характеристика-рекомендация, письмо-претензия; научно-исследовательский, административно-хозяйственный и п.т.

Значительную часть юридических терминов представляют термины- словосочетания, которые благодаря устойчивости употребления и связности значения обладают свойствами фразеологизма, что особенно важно знать, поскольку при переводе нельзя переводить такие словосочетания как обычные свободные и, как свидетельствует сопоставительный анализ, термину-словосочетанию может соответствуовать термин-слово и наоборот, напр.: esp. mayoría de edad — совершеннослетие; bienes inmuebles – недвижимость; rus. трудовой спор – pleito laboral, предстaвительный орган – organismo representativo; социальная защита – protección social, судебный порядок — orden judicial; встречный иск — reconvención, contraquerella..
Следует отметить и еще одну черту испанского юридическеого стиля – его избыточность, проявляющуюся как на синтаксическом, так и на лексическом уровне, в частности, для испанских юридических текстов характерно употребление очень близких синонимов, иногда практически абсолютных, которые в русском переводе, как правило, представлены одним термином, например: voz y voto – голос; daños y perjuicios – ущерб; cargas y gravámenes – налоги; armonía y concordia – согласие; negligencia o desidia — халатность; riñas y pendencias – споры.
Различия в структуре делопроизводства Испании и России находят свое отражение в номенклатуре и названиях деловых бумаг. Так, в России традиционно любая административная процедура между гражданином и органами власти, правоохранительными органами начинается с Заявления лица, обращающегося в органы власти в связи с некими причинами, побуждающими его к этому. При этом Заявление остается одним из наиболее распространенных и универсальных инструментов решения официально-деловых вопросов: при поступлении на работу, при увольнении с работы, в случае нарушения каких-либо прав или свобод гражданина – заявления о краже, об утере документов и т.п. Испанская же административная система разграничивает случаи, когда гражданин обращается с просьбой разрешить ему что-либо, и те, когда предметом его письма является протест против нарушения его прав. В первом случае такой документ носит название Solicitud (букв. Прошение) или Instancia (Ходатайство), а во втором случае такой документ именуется Denuncia (обвинение, разоблачение) или Demanda (требование). Таким образом, одному русскому термину соответствуют несколько терминов в испанском языке, что следует учитывать при обучении деловому языку будущих специалистов в области иностранного языка.

Еще одним примером того, как несоответствия в правовом регулировании определенных ситуаций могут вызвать трудности перевода, является процесс расторжения брака в Испании и России. В отличие от России расторжение брака в Испании происходит в два этапа: separación (букв. разделение) и divorcio (развод). В судебном или административном порядке супружеская пара, желающая расторгуть брак, на первом этапе может получить только separación (букв. разделение или как еще принято называть раздельное проживание) и только не менее чем через один год, истцы могут ходатаствовать о divorcio (развод в том смысле, что каждый из супругов может вторично вступать в брак и действовать как человек, не связанный никакими брачными узами). Именно знание испанских реалий может помочь избежать ошибки при переводе, хотя и в ущерб лаконичности изложения.

Что касается терминов-заимствований, то они присутствуют в обоих из рассматриваемых языков. Особенностью испанского является наличие группы арабизмов, оставшихся в испанском языке в силу исторического развития этой страны (alcalde, albarán, tarifa, mazmorra, albacea, etc). В последнее время в обоих языках наблюдается наплыв заимствований из английского языка, но все же характерно, что такой процесс более присущ современному русскому языку, в то время как в испанском зачастую предпочтение отдается все же исконно испанскому слову, ср.: лизинг – arrendamiento con opción a compra; киллер – asesino; офис – despacho; бизнес – negocio; бизнесмен – hombre de negocio; прайс лист – factura. Собственно говоря, в русском языке зачастую также имеется и исконно русский эквивалент заимствованиям из английского языка, однако предпочтение все же отдается заимствованию, ибо более престижно работать в офисе, нежели в конторе, получить сертификат, а не обычную справку, быть мерчандайзером а не просто продавцом.
Большое количество юридических терминов и в русском, и в испанском языках имеют различное происхождение, и их правильный перевод зависит от овладения специалистом-переводчиком юридической терминологией и базовыми юридическими знаниями. Особую трудность при переводе представляют межъязыковые паронимы, то есть слова, имеющие схожее написание и произношение, однако различные по значению в двух языках. «Ложные друзья переводчика» особенно опасны для начинающего переводчика, так как могут привести к неверному переводу и искажению содержания юридического текста. Приведем некоторые, наиболее часто встречаемые, однако список их можно продолжить, compromiso – не компромисс, а обязательство; recurso – в юридическом или деловом стиле это не ресурс, а жалоба, иск; instancia не инстанция, а ходатайство, заявление; firma не фирма, аподпись; carta не карта, а письмо; público не публичный, а государственный или общественный; tribunal не трибунал, а жюри, экзаменационная комиссия; título может употребляться и в значении титул, но, как правило, соответствует русскому диплом (о высшем образовании); Sociedad Anónima не анонимное общество, а акционерное общество; procurador в Испании не значит прокурор (хотя в некоторых странах Латинской Америки имеет и такое значение), а помощник адвоката, поверенный в делах, лицо уполномоченное выполнить некоторые процедурные действия в суде; sentencia — не сентенция, а приговор суда.

Подобные ошибки могут подстерегать и при переводе с русского языка на испанский. Так аспирант по-испански doctorando, а испанское слово aspirante не является термином и употребляется в значении претендент, конкурсант, т.е. лицо, претендующее занять определенную должность, либо принять участие к конкурсе. Русский аттестат (о среднем образовании) соответствует испанскому certificación académicа, а atestado − просто официально заверенный документ; канцелярия – это не сancillería а secretaría; облигация – соответствует испанскому título de valor, acción de bolsa, испанское же obligación переводится просто как обязательство (что-либо выполнить, сделать); requisito — не реквизит, а требование, которое необходимо выполнить для достижения какого-либо дела.
На пути правильного понимания и соответственно адекватного перевода юридического текста представляют определенную трудность и аббревиатуры, довольно распространенные в обоих из рассматриваемых языков. Если общепринятые сокращения, касающиеся, главным образом, международных организаций, не представляют особого труда для профессионального переводчика (ЕС — UE, НАТО — OTAN, ООН — ONU, NU, ЮНИСЕФ — UNICEF, ЮНЕСКО – UNESCO, etc.), то локальные, употребляемые для обозначения определенного национального или местного учреждения, организации, института или, скажем, печатного издания, могут стать камнем преткновения при переводе. При этом словари сокращений дают несколько вариантов «расшифровки» некоторых сокращений. Так словарь Мигеля Мурсия Грау (5) содержит 21 вариант «расшифровки» испанской аббревиатуры СС, приведем только некоторые, которые связаны с областью права – Código Civil – Гражданский кодекс, Código Canónico – Канонический кодекс, Centro de control – Центр управления, Comité central – Центральный Комитет, Cuerpo consular дипломатический корпус, Coalización Canaria – Канарская Коалиция (название партии), Centristas de Cataluña – Центристы Каталонии (название партии), в то же время это могут быть и технические, военные или медицинские термины, например Carro de combate – танк, бронетранспортер, Capitán de corbeta — корвет, Corriente continua – постоянный ток, Cortocircuito – короткое замыкание, Columna cervical – шейные позвонки, Cirrucumulos – кучево-дождевые облака, и т. п. Очевидно, контекст и знание сути вопроса могут помочь переводчику остановиться на правильном варианте. Вместе с тем возникает и еще одна проблема, связанная с переводом названий учреждений и организаций. Если имеется признанный, а еще лучше зафиксированный в словарях перевод названия того или иного органа или учреждения, организации или партии, то соответственно необходимо воспользоваться таким эквивалентом. Однако ни один словарь не может охватить все то множество государственных, общественных и иных организаций и учреждений, которые имеются в стране, и ежедневно их список пополняется. Применяемый в таких случаях переводческий прием, как правило, ограничивается калькой, то есть дословным переводом, если такой перевод не вызывает ошибочных ассоциаций у вероятного адресата перевода. Приведем некоторые примеры: Agencia Tributaria – буквальный перевод Налоговое агентство, однако, как известно, в России подобные функции выполняет Налоговая инспекция, поэтому предпочтительней в данном случае воспользоваться русским аналогом испанского референта. Еще одним примером может служить название органа исполнительной власти в Испании: Subdelegación de Gobierno‘Субпредставительство/субделегация правительства’ , что соответствует Представительству Президента в России на местах, а в Испании, так как это конституционная монархия, – Представительству Правительства (представительство органа центральной исполнительной власти на местах).

Каждому испанцу известно, что такое ^ MIRMédico interno residente, буквально: врач интерн резидент, однако такой перевод данного терминологического словосочетания вряд прольет свет на то, что подразумевается под данным названием, так как система подготовки врачей в России и Испании различна и аналогии могут быть только относительными. Вероятно, ближе всего к этому термину в русском языке стоит врач-ординатор, врач-интерн, но такой перевод не совсем точен, ибо в Испании, чтобы получить такое звание, необходимо сдать весьма сложный квалификационный экзамен, проводимый на национальном уровне уже после окончания обучения на медицинском факультете и получения диплома о высшем образовании. Такой экзамен позволяет выпускнику получить временную ставку в одном из медицинских учреждении государственной системы здравоохранения и продолжить обучение, уже специализируясь в определенной области медицины (хирургия, гастроэнтерология и т.п.). Данный пример иллюстрирует как раз третий пласт лексики, с которым приходится сталкиваться переводчику при переводе официально-деловых либо юридических документов.

Кроме собственно юридических документов общего характера, т.е. таких, которые касаются или могут касаться всех без исключения граждан, в каждой сфере науки, производства, трудовой или иного рода деятельности, имеется свое законодательство, своя деловая корреспонденция, свои нормативные и иные административные документы, которые, кроме общих юридических терминов, включают и специфические профессиональные слова и термины. Это создает дополнительные сложности для перевода, так как необходимы дополнительные знания из данной специфической области для успешного ведения коммуникации и для выполнения качественного перевода.
В предлагаемой статье мы коснулись лишь некоторых лексических проблем, возникающих при переводе официально-деловых и юридических текстов. Причиной трудностей перевода часто являются не столько сугубо лингвистические расхождения в способах «называния» или несовпадении семантического объема слов в двух языках, сколько различная действительность, различия в системе администрирования, законодательной базе и в общем социальном и ином устройстве в двух странах. Поэтому, основой правильного перевода является, безусловно, знакомство с реалиями жизни страны языка, с которого приходится переводить, и тогда вопрос уже будет состоять в выборе из имеющегося и описанного в теоретической науке по вопросам перевода арсенала приемов перевода, наиболее адекватный данной коммуникативной ситуации (6). И хотя в некоторых случаях и весьма затруднительно найти подходящий эквивалент, именно практика и все возрастающие потребности, вызванные ростом сотрудничества между двумя странами, способствуют преодолению существующих «нестыковок» и в конечном итоге сближают наши народы и культуры.
Бибилиография:
1. Verba, G., y Guzmán Tirado, R. (2005): ^ Curso de traducción jurídico-administrativa (Ruso/español y español/ruso). Madrid: Centro de Lingüística Aplicada Atenea; Verba, G., Guzmán Tirado, R., y Ryzvjanuk, S. (2001): El ruso a través de la traducción. Ed. Universidad de Granada, Granada
2. . Manual de estilo del lenguaje administra­tivo (1997). Ministerio para las Administraciones Públicas. 6ª reimpresión revisada y corregida. Madrid; Martínez Marín, J. (1997): «El lenguaje administrativo. Descripción y norma», en Lingüística Española Ac­tual, XIX, 2, págs. 216-228; Rodrí­guez Aguilera, C. (1969): El lenguaje jurídico, Barcelona, Bosch; Robles de Cardona, M. (1969): Observa­ciones sobre el estilo jurídico, Río Piedras, Edic, и др.

3. Нойберт А. (1978) Прагматические аспекты перевода// Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. Москва, «Международные отношения», с. 185-202.

4. Hurtado Albir A. (2001): Traducción y Traductología. Madrid: Cátedra: Lingüística c. 492

5. Miguel Murcia Grau (1998): Diccionario de abrevisturas, siglas y acrónimos, Barcelona, — 350p.

6. Комиссаров, В. Н. (1980): Лингвистика перевода. Мocква: Межд. отношения; Коммуникативная теория перевода (испанский язык): Сб. науч. тр./ Моск. ин-т иностр. яз. (1988). Мocква;

7. Левый, И. (1974): Искусство перевода /Пер. с чеш. Мocква: Прогресс.

8. Львовская, З. Д. (1985): Теоретические проблемы перевода: На материале испанского языка. Мocква;

9. Рецкер, Я. И. (1974): Теория перевода и переводческая практика. Очерки лингвистической теории перевода. Мocква: Межд. отношения.

10. Федоров, А. В. (1983): Основы общей теории перевода. Мocква: Высш. школа; 11. Швейцер, А. Д. (1973). Перевод и лингвистика. Мocква: Воениздат;

12. Newmark, P. (1992): Manual de traducción. Madrid: Cátedra;

13. Reiss, K., y Vermeer, J. (1984): Fundamentos para una teoría funcional de la traducción. Tubingen: Niemeyer и др.

З.В.Дементьева, Н.М.Румянцева (Россия)

^ Учет родного языка учащихся при создании национально ориентированных учебных материалов для афганцев
Как известно, последние 15-20 лет в вузах России практически не обучались учащиеся из Афганистана, хотя в 60-е — 80 -е гг. прошлого века по количеству студентов, направляемых на обучение в СССР, Афганистан занимал одно из первых мест. Даже в учебных заведениях Афганистана, в частности, в Кабульском политехническом институте, в техникумах в городах Мазари-Шарифе и Джелалабаде преподавание велось на русском языке. Заметим, что в последние три года в российских учебных заведениях начали учиться афганские студенты. Вероятно, в ближайшие годы контакты в области образования между Россией и Афганистаном будут расширяться.

Рассматривая проблему преподавания русского языка в афганской аудитории, следует сказать прежде всего о тех социально-психологических факторах, которые не могут не учитываться при обучении РКИ афганских граждан. Так, одной из трудностей обучения афганцев русскому языку является их крайне низкий образовательный уровень, который прежде всего обусловлен сложной социально-политической обстановкой в стране. Широкомасштабные военные действия, длительное время проходившие на территории Афганистана, частично продолжающиеся и сейчас, не могли не снизить качество среднего образования в стране, получаемого детьми в афганских школах. Режим талибов сделал невозможным приобщение афганцев к национальным и мировым культурным ценностям. Под запретом была литература неисламского содержания, большинство школ были закрыты, женщины вообще потеряли возможность получать какое-либо образование. Афганские учащиеся, приезжающие на обучение в Россию, плохо ориентируются даже в грамматических явлениях родного языка, что вызывает трудности в овладении ими русским языком. Поэтому преподаватели должны использовать любую возможность интенсификации процесса обучения. Одной из таких возможностей является учет результатов сопоставительного анализа русского и родного языков (в данном случае языка дари).

Принцип учета родного языка учащихся — один из важнейших принципов в методике преподавания РКИ и предусматривает организацию учебного процесса с учетом опыта в род­ном языке учащихся, а также предполагает соответствующее построение программы, учебников [Азимов, Щукин, 1999].
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   20

Похожие:

Оглавление хроника мапрял iconОглавление хроника мапрял
Н. В. Брунова (Россия). «Об итогах расширенного заседания Президиума мапрял» (2 октября 2009 г.)
Оглавление хроника мапрял iconОглавление хроника мапрял
Международный симпозиум «Славянские языки и культуры в современном мире». О. Е. Фролова
Оглавление хроника мапрял iconОглавление хроника мапрял
Международный симпозиум “Инновации в исследованиях русского языка, литературы и культуры”
Оглавление хроника мапрял iconОглавление хроника мапрял
В. Филиппов (Россия) Юбилей современного русского писателя-сатирика (К 75-летию В. Войновича)
Оглавление хроника мапрял iconОглавление хроника мапрял
Антонова Л. Е., Никольская И. Г. (Россия) к проблеме семантической интерпретации и категоризации эмоций (на примерах дискомфортных...
Оглавление хроника мапрял iconХроника мапрял VI международная научная конференция "Язык и социум"...
Впервые этот научный форум прошел под эгидой мапрял и боопряи (Белорусского общественного объединения преподавателей русского языка...
Оглавление хроника мапрял iconХроника мапрял к итогам работы Х конгресса мапрял "Русское слово...
В ходе заседаний было представлено 132 доклада от 487 учебных заведений России, стран ближнего и дальнего зарубежья по современным...
Оглавление хроника мапрял iconЗаседание Президиума и Генеральной ассамблеи мапрял 22 23 апреля 2004 года в Санкт-Петербурге
Санкт-Петербурге состоялось очередное заседание Президиума мапрял, на котором обсуждалась новая редакция Устава мапрял. После обсуждения...
Оглавление хроника мапрял icon3-7 мая сего года в Венгрии (Будапешт -печ) состоялось VIII заседание Президиума мапрял
Москва и Х конгрессa мапрял. Кроме того, было заслушано сообщение президента Ассоциации о его переговорах с президентом fiplv д....
Оглавление хроника мапрял iconЗаседание Президиума «мапрял»
Научно-практическая сессия «мапрял – Русскому миру». Итоговое сообщение

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница