Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление




НазваниеЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление
страница16/20
Дата публикации16.05.2013
Размер2.21 Mb.
ТипДокументы
skachate.ru > История > Документы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
^

Переоцененная активность: секс



Прославившие Оруэлла строки, авторский комментарий к сексуальному акту Джулии и Винстона Смифа: «Это был удар, направленный против Партии. Это был политический акт»,— есть лишь напыщенная красивость. Все партии с удовольствием отправляют гражданина в постель. (Общность жен в Утопиях будущего осталась лишь мечтой сексуально не удовлетворенных утопистов прошлого.) Разумеется, администрация возражает против того, чтобы гражданин задерживался в постели надолго, дабы не страдала основная активность, к которой он предназначен в санатории,— трудозанятость (employment). Однако «Travail, Famille, Patrie»173 было предпочитаемым кредо пред-санаторных обществ Европы и зародилось за тысячелетия до того, как было сформулировано. И в санаторном обществе «Работа, Семья, Родина» не потеряло смысла (через полстолетия после Петена его повторили Раймон Барр и Рональд Рейган), ибо, чтобы содержать семью, необходимо трудиться, и именно этого же хочет от гражданина Родина. Лозунг будет звучать более разумно, если подчеркнуть его смысл простейшей вставкой частиц: «Travail pour Famille et Patrie» — работай для поддержания маленького коллектива (сексуальный союз с последствиями) и большого коллектива (духовно-экономическое содружество миллионов семей в Родину).

Существует гипотеза, что оседлое земледелие вовсе не являлось в свое время самым передовым и выгодным методом производства и добычи питания и переход к оседлости был совершен насильственно. Оседлость была вызвана к жизни необходимостью политической — она облегчала администрирование. Оседлое население куда легче контролировать, потому кочевника одомашнили. Именно для этой же цели в 50-е годы в СССР пытались создавать цыганские колхозы. (Чингисхановские завоевания в XIII в. имели в основе своей восстание кочевников против оседлых цивилизаций Азии. Куда более осмысленное, нежели антимашинизм луддитов в Англии XIX в.)

По тем же причинам секскочевничество не приветствуется администрациями, и феодалы средневековой Европы предпочитали, чтобы крестьяне жили семьями, а администрация СССР охотнее отпускала за границу семейного функционера.

Famille есть узаконенная, ответственная, оседлая форма секса с желательными администрацией последствиями: дети, новые граждане. (Она же есть и самая нездоровая форма насильственного секса: продолженного в постсексуальное общежитие.) Мирно сосуществуя в течение тысячелетий со второй сексуальной реальностью, контркультурой секса — конкубинажем174 и проституцией, традиционная семья подверглась в XX веке двум крупным атакам. Первая, теоретическая, была ведома Фрейдом. Секс, область, где обыкновенно человек мог укрыться от общества и его социальных законов, был завоеван Фрейдом для общества и присоединен к домену социального. Ошибочно и карикатурно подчинив секс зависимости от отношений между родителями партнеров, смоделировав отношения, свойственные семье восточной, еврейской, представив их как универсальные, Фрейд лишил человека свободы секса. Фрейд подложил тушу общества в постель между секспартнерами.

Вторая атака произошла в 60-е годы. Именно тогда под давлением молодежи санаторные общества осмелились наконец модернизировать ежедневную жизнь. Вынуждены были освоить (резким скачком) уже имевшиеся в наличии технологические достижения и продукты prosperity: пластинки, теле, новый стиль траты свободного времени, открывшиеся возможности передвижения — авто и мото. (В не пострадавшей от войн и потому забежавшей вперед Северной Америке это произошло чуть раньше.) Закономерным образом модернизация жизни повлекла за собой изменения в области нравов, привела к новым моделям поведения и к новой сексуальной морали. Отношения между полами сделались более свободными, promiscuity восторжествовало, по крайней мере, среди городской молодежи санаториев. Главным же толчком к сексуальной революции (так тогда называли отступление от старой модели сексуальности: семья — конкубинаж — проституция) послужило изобретение противозачаточной пилюли.

Сексреволюция бушевала, утихая, примерно два десятилетия, вплоть до появления таинственного вируса СПИД. Все 80-е годы наблюдается процесс, обратный сексреволюции,— возрастает супружеская (или конкубинажная) верность, уменьшается количество секспартнеров… Разумеется, эти явления в первую очередь есть результат страха СПИДа, поощряемого администрациями, а не результат коллективного вдруг возврата к консерватизму. Но уже в самом конце 70-х годов, еще до появления фатального вируса, сексреволюция стала затихать. Очевидно, каким бы сильным импульсом секс ни являлся, он не основной и не самый сильный в человеческом существе, и Фрейд создал лишь (как и Маркс) увлекательную гипотезу. Испытав promiscuity, немногие остались его адептами, и каждый устроился согласно своим потребностям.

Откуда бы ни появился вирус (точнее, вирусы) СПИДа, из лесов Африки, из пробирок ЦРУ, несомненно, что появился он к удовольствию администраций санаториев. Пройдя сквозь опыт 60-х годов, администраторы поняли, что «революционность» свободного секса — нонсенс, однако внесемейный секс лишал их граждан. Серьезное снижение рождаемости в санаториях озаботило головы футурологов-администраторов нешуточными видениями расплодившихся афро-азиатских масс, наступающих на испуганные несколько миллионов бледно-белого населения санаториев. За 1.500 лет Европа не забыла судьбу Рима, поглоченного, залитого морем варваров (среди них и «наши предки» галлы). Залитие Европы афро-азиатами — реальная перспектива. Варвары же они или, напротив, воспитаны в восхищении санаторной цивилизацией, имеет значение подчиненное. Рим был захвачен не сразу, но в результате многих перипетий истории, смешений крови. Вначале варвары были допущены на военную службу… Многие варвары обожали Рим, как сейчас они обожают Париж… Санаторные страны, с Европой-метрополией во главе, стабилизировали свою рождаемость, следуя машинной, сознательной логике распределения доходов в семье, эмоциональные же «неразвитые» населения чудовищно разбухли. Грозные человеческие массы колышутся в нескольких областях планеты, грозя вылиться и растечься в чужие пределы в поисках пищи, подобно стадам саранчи. Разумный в году «0» от рождества Христова, на слабо заселенной Земле, лозунг церкви «Плодитесь, размножайтесь!» сегодня — преступен. В свое время, в XVIII—XIX веках, индустриальная революция способствовала демографическому взрыву (куда более скромному) в Европе. Но тогда было куда выселяться. Была Америка. Принеся в жертву прогрессу американских индейцев, европейцы затопили континент.

Сегодня выселяться некуда. А прогресс медицины выразился в катастрофической перенаселенности неразвитых стран. Наладить медицинское благополучие человеческих коллективов много легче, чем накормить их. Именно неравномерность различных видов прогресса привела к волнам голода, прокатывающимся каждый год в Африке и Азии. Эмоциональная озабоченность европеян (Фронт насьеналь) ростом населения стран южных берегов Средиземноморья обоснованна. Когда дело касается хлеба и жизненного пространства, нежности, присущие словарю либерального времени, упраздняются мгновенно. То, что сегодня с неприязнью называется расизмом, завтра благородно станет «идеологией» и будет означать ПАТРИОТИЗМ и защиту от нашествия варваров, со всеми на то основаниями. Пример Средиземноморья можно расширить примером Китая, безуспешно сражающегося со своей рождаемостью. Алчным глазом глядит Китай на слабо заселенную российскую Сибирь. Расстояние от четырех миллиардов до пяти (численность населения планеты) человечество преодолело с такой впечатляющей скоростью, что рассуждения о будущем все более похожи на чтение вслух Апокалипсиса.

Свободные сексуальные нравы, да, расшатывают мораль и, очевидно, волю населений, но так как не армия, а орудия extermination охраняют сегодня санаторий, то расшатавшиеся сексуальные нравы не причиняют его безопасности (стабильности) большого вреда. Санаторий может себе позволить декадентство в очень большой дозе, ибо охраняется он не солдатами — гражданами. Более того, декадентство в определенной степени поощряется и предпочитается воинско-солдатскому мировоззрению. Сегодня администрации санаториев включают семью в лозунг фундаментальных ценностей не по причинам охранения моральности населений, но дабы не прекращалось производство будущих граждан. Это единственная функция семьи в санаторном обществе. Функция воспитания детей переместилась в значительной степени от родителей к телеящику и к школьному коллективу.

Секс же (и семейный тоже) употребляется в санаторном обществе в качестве substitute.175 Он отлично отвлекает внимание и энергию от куда более мощного биологического импульса — инстинкта к доминированию. (Для разных особей в различной степени и на разного размера территориях, в прямой зависимости от генетических возможностей.) Не сексуальные функции являются первичной характеристикой человеческого самца (как нас пытается заставить поверить культурпропаганда санаториев, вооруженная бездоказательным фрейдизмом), но способность подчинить себе других самцов, сила, агрессивность, способность создать и охранять (управлять) семью, клан, племя. Отдавая сексу не принадлежащее ему первенство, литература, кино, теле, радио санатория толкают массы молодежи в секс, отвлекая их от ЕДИНСТВЕННО РЕАЛЬНОЙ проблемы — отъема власти у старых самцов. («Совокупляйтесь, а мы будем иметь власть!» — очевидно, так могли бы сформулировать ситуацию администраторы, размышляй они о подобных вещах.) Только в искусственном санаторном климате утверждено первенство сексуальности над инстинктом доминирования. В несанаторных обществах секс находится на отведенном ему месте среди других активностей. И как доказывает опыт, санаторные больные, оказавшись в чрезвычайных условиях катастрофы: в джунглях, в пустыне или на необитаемом острове,— мгновенно излечиваются от цивилизации. Биология тотчас, и без труда, одерживает победу, и знаменитый (справедливый) закон джунглей торжествует. Женщина достается сильнейшему (во всех смыслах, не только физически) вместе с единственным карабином, рыболовной сетью и увеличительным стеклом для зажигания огня.

Новые разрешения и новаторства в области индустрии секса, от «революционного» в 50-е годы журнала «Плейбой», прогрессируя в «Пентхауз», к куда более непристойному «Хастлеру», через фильмы «Эммануэль» и «Калигула» к сексобъявлениям в прессе (кульминация процесса: сексобъявления на экранах минителей и порнофильмы на КаналПлюс теле), производятся с молчаливого разрешения администраций. «Неспособные на наш собственный бунт (цитируя опять «Белый бунт» группы «CLASH»), мы бродим по улицам слишком цыплята даже попытаться» (отнять власть). Свой секс можно иметь в санатории, но не свой бунт. Возможно иметь почти любой мыслимый секс, ибо желание отвлечь молодых мужчин от «своего бунта» заставляет администрации разрешать ранее запрещенные виды секса. Из когда-то длиннейшего списка извращений исчезли мало-помалу гомосексуализм, лесбийство, анальный секс, умеренный садомазохизм, и только педофилия и инцест являются никем не отмененными табу.

Певец мужественности Хемингуэй заметил:
«Секс и южная кухня чрезмерно overrated.176 Безусловно, есть нервное удовольствие в любви, нервное удовольствие (thrill) в сексе, но существует и множество других удовольствий. Мужская жизненная сила и потенция может быть продемонстрирована, когда вы наблюдаете ракету, покидающую пусковой механизм на мысе Канаверал, или глядите на хрупкого мужчину, противостоящего быку в тонну (весом) на арене».
Сегодня «другие thrills» или перестали существовать, или потеряли свой thrill. ^ Войны, где можно было проявить личную храбрость, на территориях санаториев прекратились177, невозможны по причине PAIX ATOMIQUE. Выехать в качестве наемника воевать в неразвитые страны достаточно сложно. Не говоря уже о неприятии такой добровольной помощи сражающимися группировками неразвитых стран (они предпочитают оружие, людей у них хватает), законы рассматривают наемников не как солдат, но как бандитов. Если далее профессия солдата сделана непопулярной, то репутация наемника совсем разрушена. (Вспомним суровые смертные приговоры наемникам в Анголе и на Сейшелах.) Путешествия в «дикие страны» сегодня невозможны, ибо их нет, и уже Хемингуэя обвиняли в том, что его поездки в Африку были организованными safaris, то есть не авантюрами, но туризмом. Охота на больших зверей в Африке ввиду исчезновения больших зверей становится дорогостоящим удовольствием, доступным лишь очень богатым. Удовольствия схваток с врагом сведены к спорту, возбуждение моей борьбой — к воплям болельщиков на стадионах, возбужденным чужой борьбой (они страстно желают сделать борьбу своей. Вспомним убитых на стадионе Эзеля). Раздаются настойчивые голоса, требующие запрещения бокса и регби как опасных для жизни спортсменов, насильственных видов спорта. Их не запретили еще, но европейский бокс, ограниченный все большим количеством правил, все менее интересен. И если тореадоры по-прежнему выходят на арены стран Средиземноморья, то лишь потому, что многовековую традицию эту нелегко уничтожить. Остается из всех возможных авантюр лишь одна — сексуальная, из thrills — thrill охоты на Самку. Но и охота на женщину, вопреки завету Папы Хема («женщина, взятая без бою,— ничто… абсолютное Nada, как мы говорим по-испански»), в санаторном обществе выродилась в предугадуемую церемонию. Не подняв женщину до уровня мужчины, сексреволюция и влияние феминистского движения на общество лишь опустили мужчину — равности партнеров не получилось (и не могло получиться. Об этом позаботилась природа), налицо конфуз функций и ролей мужчины и женщины. Результат — thrill уменьшился до степени сексуальной игры и акта животных в зоопарке. Оба одомашненные и усмиренные, они ошибаются друг в друге: он, думая, что обнаружит в ней «свободную» женщину, она — думая, что обнаружит в нем мужественного мужчину. Оба обмануты. К тому же, так как запретов в области секса осталось немного, thrill секса уменьшился еще и по причине отсутствия запретов. Современные мадам Бовари — банальны, ибо, сократив «грех» до размеров адюльтера, общество лишило своих Бовари трагичности.

Секс стал насильственным блюдом. Мифология секса, таинственность секса (обыкновенно таким он кажется подростку в возрасте полового созревания), его чары распространены (пульверизируются) на все население санатория. Бесчисленные «I love you, baby!», вырывающиеся из глоток прославленных и поющих в метро за несколько монет исполнителей, фильмы-анекдоты о любви, во всех ее видах (дорогая любовь в шато, с модными извращениями, и дешевая, романтическая love на фоне большого города, гомосексуальная love…), журналы, телешоу, романы — все наполнено сексом. (Сексиклип — новейшая форма телестриптиза.) Не умершие в синематиках секссимволы прошлого соперничают с секссимволами сегодняшнего дня. Актрисы Валерия Каприсски и Марушка Дитмэрс с Мэрлен Дитрих и Джин Харлоу. В независимости от качества фильмов и таланта секссимволов можно констатировать, что sex и love занимают в развлекательной индустрии санаториев диспропорциональное место. Впечатление такое, что они есть единственная, помимо work, активность населения. (Вполне логично заменить в святой троице санатория famille на sex-love.)

Интересно, что зрелые писатели первого санаторного поколения, «звезды» Роб-Грийе, Соллерс, Матцнеф,— все так или иначе оказались к концу 80-х годов настойчивыми (и порой вульгарными) воспевателями sex-love в его наиболее провокационных видах, от садо-мазохистского донжуанства до педофилии и инцеста. Почему от нового и нового-нового романа, от гошизма и формализма обратились они к сексу? Потому, что иных неколебимых ценностей, на которых возможно построить популярное творчество, не существует? Потому ли, что санаторное общество и его климат не способствуют этуализации178 (появлению на телеэкранах) писателей — социальных критиков типа Золя и Селина; поощряются Р-Г, С, М.— как безопасные писатели? Потому, что мужественность в ее цельном виде обязательно ассоциируется с фашизмом? Потому ли, что только кафкианская жертва и искатель сексуального thrill могут быть близки больным санатория?

Sex-love, несомненно, служит в санаторном обществе заменителем, эрзацем thrill мужественности. В порнографии (каковая есть в ее современном виде всего лишь безобидная область эротики для бедных) решительно господствует лишь комический показ секса. Присутствующий всегда в сексуальных актах реальных мужчин и женщин элемент насилия, агрессивности удален из порнофильма, как кофеин из бескофеинного кофе, ибо пропаганда насилия запрещена в санаториях. Упоминание насилия запретить невозможно, но возможно его истолковать безобиднее. В Соединенных Штатах очень hard порнофильмы циркулируют на черном рынке, запрещённые законом. «Взрослый» секс черного порнофильма никогда не проникнет на широкий экран. Премьера в Нью-Йорке фильма «Ночной портье» вызвала и протесты еврейской общественности (ввиду неординарной трактовки любовной истории между экс-эсэсовцем и его экс-жертвой), и протесты и бойкот кинотеатра религиозными и даже профсоюзными организациями города. В то же время комические порнофильмы показываются в порнотеатрах Нью-Йорка ежевечерне уже четверть века, не вызывая особого возмущения.

Вместе с комическим сексом поощряется обществом секс подростковый. «I love you, baby!» в тысячах вариантов и есть низведение секса к подростковой версии. Культура довоенных, предсанаторных обществ (пусть и популярная, и развлекательная) была все еще «взрослой» культурой. Большей частью «взрослый» (man — woman) sex-love предлагался массам как модель для подражания. Пусть и фальшивые герои, звезды досанаторного синема все же были женщины и мужчины — Марлен Дитрих и Лорэн Бокалл, Хэмфри Богарт и Гарри Грант. Звезды сегодняшнего синема — мальчики и девочки. Среди сонма французских актрис от 20 до 40 лет нет ни единой женщины. (Аджани, Каприсски и еще десятки им подобных — девочки, вплоть до старой девочки Джин Биркин и ее девочки-дочери Шарлотты Гинзбург…) Знаменитый Жерар Депардье — не мужчина, но мальчик-гигант… Это санаторная реальность диктует нам (и производителям, и потребителям культуры) моду на тинэйдж-секс — легкий, нетрагический, школьный. Не выбравшие партнера жизни, актеры и актриски в морщинах, жеманничая, признаются в телеинтервью, что еще не встретили объект желания, с которым хотели бы остаться надолго. И это объясняется санаторным климатом. Ибо если подростковый возраст растянут в санатории, то и тинэйдж-поведение (в том числе поиски sex-партнера) растягивается на десятки лет. И поискам этим придается несвойственное им значение. В санаторном обществе выбор sex-партнера для жизни приобрел абсурдно раздутую важность. Санаторный мужчина-подросток не понимает, что женщина и связанные с нею активности (секс и семья) лишь части жизни мужчины, и далеко не самые важные.

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20

Похожие:

Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Как мы строили будущее России © Эдуард Лимонов оглавление

Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) у нас была Великая Эпоха ©...
Эта книга — мой вариант Великой Эпохи. Мой взгляд на нее. Я пробился к нему сквозь навязанные мне чужие. Я уверен в моем взгляде
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Молодой негодяй © Эдуард Лимонов оглавление 1 46
Юноша Лимонов вздыхает и нехотя открывает глаза. Узкую комнату заливает проникшее с площади Тевелева через большое окно, желтое,...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Смерть современных героев © Эдуард Лимонов оглавление
Сан-Марко шел крупный тяжелый снег. Ни единой маски, ни единого маскарадного костюма в толпе. Сложив фантастические маски и костюмы...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего...
«Теперь они покрыты толстым слоем земли, и на них среди садов растут рощи самых высоких деревьев; внизу во влажных ложбинах плантации...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дневник неудачника, или Секретная...
Великое и отважное племя неудачников разбросано по всему миру. В англоязычных странах их обычно называют «лузер» — то есть потерявший....
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Убийство часового дневник гражданина...
Ахромеева, специального военного советника президента ссср, бывшего командующего Генеральным штабом. Низкое предательство слизняка...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Книга воды © Эдуард Лимонов оглавление Предисловие Моря
Военной полиции ныне покойной Республики Книнская Краина. Летом 1974-го я проехал сквозь Гагры, направляясь в сторону Гудаут, в спортивном...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Палач, или Oscar et les femmes...
Оскару все тот же монотонный шум сентябрьского нью-йоркского теплого дождя, перемежаемый иногда всплесками колес автомобилей, имевших...
Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) 316, пункт «В» © Эдуард Лимонов...
Бродвее, Ипполит прижал привычным движением подушечку большого пальца правой руки к темному стеклу гардиен-дактилографа, но identity...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница