Эдуард Макаревич




НазваниеЭдуард Макаревич
страница14/52
Дата публикации21.02.2013
Размер5.29 Mb.
ТипДокументы
skachate.ru > История > Документы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   52

В двадцатые же годы сведения о сотрудничестве Джунковского с ЧК доходят до белой эмиграции. Появляется статья журналистки Е. Кусковой, живущей в Праге, о Джунковском и Петерсе. Скорее всего весь материал для статьи она получила от своей давней подруги Екатерины Павловны Пешковой, первой жены Горького. Екатерина Павловна, часто бывая за границей, постоянно встречалась с Кусковой. Ей было что рассказать. С 1921 года она работала советником Дзержинского по делам эсеровских партий24. Конечно, она знала и Джунковского и, возможно, решала с ним общие вопросы. Ведь благодаря и ему в 1922 году в ГПУ появились бывшие сотрудники охранных отделений для разработки политических партий, прежде всего эсеров и меньшевиков. А уж опыт борьбы против этих партий у царского департамента полиции был.

Донос

После смерти Дзержинского во второй половине 20-х годов Джунковский постепенно отходит от активной работы в ГПУ. Уже с 1928 года ужесточается политика властей по отношению к "старой" интеллигенции, дореволюционным специалистам. В работе ГПУ методы политические все более отступают под давлением мер репрессивных. "Шахтинское дело" и последовавшее за ним "академическое дело" положили начало новому периоду в деятельности спецслужб. Облик их менялся жестко и стремительно. Джунковский с его взглядами становился не нужен. В сфальсифицированном "академическом деле", в центре которого оказались крупные ученые Академии наук, не разделявшие идеологию марксизма, появляется его имя. Оценка им этого дела расходится с мнением следователей. Эта история завершается высылкой Джунковского из Москвы. Теперь он живет в Подмосковье, в Перловке, пишет воспоминания.

Летом уезжает на юг, в Крым. Работает смотрителем маяка неподалеку от Тесселей. Здесь у него новое увлечение - на арендованной земле он выращивает сад, у него прекрасный огород, бахча, виноградник. Он продает излишки урожая, выводит новые сорта. А вечерами продолжает писать воспоминания.

В 1938 году Джунковский возвращается к себе в Подмосковье, в Перловку. "Барин приехал!" - хмыкнул дворник и поделился новостью с приятелем из соседнего двора. По их доносу через несколько дней Джунковского арестовали. "Дело" вело управление НКВД по Московской области. Решением "тройки" по той же области он был приговорен к расстрелу. Приговор был исполнен весьма скоро.

На склоне лет он стал жертвой той организации сыска и доноса, которую еще внедрял на царской службе, объединяя филеров и дворников в систему наружного наблюдения, той организации сыска, которая благополучно перешла в Советскую Россию. И его стараниями тоже.

^ ЯКОВ АГРАНОВ - ЧЕКИСТ,

ПРИШЕДШИЙ К ИНТЕЛЛИГЕНТАМ

Правда для самого себя

В ночь с 20 на 21 августа 1938 года в одной из камер внутренней тюрьмы на Лубянке ожидал расстрела бывший заместитель наркома внутренних дел Яков Саулович Агранов. Бывший второй человек в безжалостной системе НКВД, бывший комиссар государственной безопасности первого ранга.

Раздавленный предсмертной сумятицей ума, он сидел на тюремной койке не шелохнувшись уже несколько часов. О чем они были, мысли его? Может, о жизни, что закончится на рассвете, о матери, о людях, с которыми столкнула судьба, о Ленине, с которым работал, о Сталине, которого знал и которому написал безответное письмо, может, о жене Валентине, которая томилась в такой же камере и ждала свою пулю, о дочери Норе, которая оставалась сиротой? А может думал, как отнесутся потомки к его смерти? Ведь не лишен был тщеславия. И в тайниках оставил документы для будущих поколений.

Об этом думал или о другом - определенно сказать нельзя, свидетельств нет. Но одна мысль не могла миновать его разгоряченное сознание: если бы был на месте наркома Ежова, как поступил бы тогда в отношении себя арестованного? Себя, все признавшего и все подписавшего? Перед смертью не лгут. И, наверное, тогда он признался себе, что решил бы свою участь так же, как ее уже решили,- расстрелять. Признание, горькое до слез. Наверное, оно приходило в подобные минуты к тем большевикам, у которых преданность идее была замешана на крови, партийной дисциплине и страсти к политическим интригам.

Честнейшие - мы были подлецами,

Смелейшие - мы были ренегаты1.

В ночь перед расстрелом он не бился в истерике, и его стенания не взрывали предсмертный покой тюремной камеры. Утром, в пятом часу, его повели в расстрельную комнату. Он шел без ремня и без сапог, в бриджах и гимнастерке со следами споротых петлиц и шевронов комиссара государственной безопасности, шел сосредоточенно, даже как-то уверенно. И пулю принял молча, с открытыми глазами.

Агранов находит убийц Кирова

Первого декабря 1934 года в Ленинграде был убит первый секретарь обкома, член Политбюро Центрального Комитета большевистской партии Сергей Киров. Акт судебно-медицинской экспертизы гласил: "...в 16 часов 37 минут после раздавшихся двух выстрелов Киров был обнаружен лежащим лицом вниз в коридоре третьего этажа Смольного... Изо рта и носа сгустками текла кровь, частично она была на полу... Через 7-8 минут Кирова перенесли в его кабинет. При переносе тела появилась доктор санчасти Смольного Гальперина. Она констатировала цианоз лица, отсутствие пульса, дыхания, широкие, не реагирующие на свет зрачки. Кирову пытались делать искусственное дыхание, приложили к ногам горячие бутылки. При осмотре была обнаружена рана в затылочной части. Прибыли врачи-профессора. Но помочь пострадавшему они уже ничем не могли. Смерть наступила мгновенно от повреждения жизненно важных центров нервной системы".

В последнее десятилетие в борьбе версий и выводов, исходящих от разных следственных бригад и комиссий, восторжествовало заключение комиссии Политбюро ЦК КПСС, датированное 1987 годом: Кирова убил Леонид Николаев. Это был акт отчаяния доведенного до крайности человека, истеричного по натуре, с признаками шизофрении. После выстрела в Кирова он стрелял в себя, неудачно. Его тотчас схватили, жалкого рыдающего субъекта.

Но Сталин сказал: "Ищите убийцу среди зиновьевцев". Заместитель наркома внутренних дел, руководитель Главного управления государственной безопасности НКВД Яков Саулович Агранов, который приехал в Ленинград с бригадой чекистов расследовать убийство, понял, что сталинские слова - это приказ. До этого он уже прочитал протокол допроса Мильды Драуле, жены Николаева, эффектной женщины, к которой питал далеко не платонические чувства Киров. В тот роковой день она спешила увидеться с ним. Николаев догадывался, а может, и знал об иной, тайной жизни своей жены. И он решился на отчаянный шаг. Но эта версия не "работала" на сталинское указание. Ведь нужно было доказать, что произошло политическое убийство.

Во время обыска на квартире Николаева был изъят его дневник. В нем-то и нашел Агранов ключевую для себя запись. "Я помню,- писал Николаев,- как мы с Иваном Котолыновым ездили по хозяйственным организациям для сбора средств на комсомольскую работу. В райкоме были на подбор крепкие ребята Котолынов, Антонов, на периферии - Шатский..."

Стоп! Вот они, ключевые узлы следствия, ложившиеся в схему Сталина. Осталось насытить ее следственным материалом. Стремительно работал Агранов - чувствовалась школа определенного рода.

Он, и его правая рука, начальник секретно-политического отдела НКВД Молчанов, и еще один сотрудник, меняясь, беспрерывно допрашивали Николаева. Ему внушали: "Назовите соучастников. Кто такие Котолынов, Шатский?" Заставляли говорить. Потом, обессилевшего, затаскивали в камеру. Его "сокамерник"-чекист докладывал: "Николаев бормочет во сне, упоминает имена Котолынова, Шатского, твердит, что Шатский слаб, если арестуют - все расскажет".

На четвертый день после убийства Агранов сообщает Сталину: "Агентурным путем со слов Николаева Леонида выяснено, что его лучшими друзьями были троцкисты Котолынов Иван Иванович и Шатский Николай Николаевич... Эти враждебно настроены к товарищу Сталину... Котолынов известен наркомвнуделу как бывший активный троцкист-подпольщик..."

А сам Николаев признался: "На мое решение убить Кирова повлияли мои связи с троцкистами Шатским, Котолыновым, Бардиным и другими".

На пятый день после убийства пошли аресты - Котолынов, Шатский, Румянцев... Всего тринадцать человек, которые так или иначе общались с Николаевым. 29 декабря суд вынес решение: для всех - смерть. Через час после оглашения приговора вместе с Николаевым они были расстреляны. А в приговоре говорилось, что указанные лица входили в антисоветскую зиновьевскую группировку и организовали "подпольную террористическую контрреволюционную группу", возглавлял которую "ленинградский центр".

Из материалов следствия по Николаеву, Котолынову, Румянцеву и другим, уже расстрелянным, Агранов создает дело "Ленинградской контрреволюционной зиновьевской группы". В этом деле ключевые показания Румянцева: "В случае возникновения войны современному руководству ВКП(б) не справиться с теми задачами, которые встанут, и неизбежен приход к руководству страной Каменева и Зиновьева". Семьдесят семь человек, среди них известные деятели партии, обвинялись в причастности к убийству Кирова. В январе 1935 года особое совещание при НКВД под председательством Ягоды приговорило участников этой группы к разным срокам наказания, тогда еще небольшим: от двух до пяти лет.

Но Сталин был настойчив. По-прежнему давил на чекистов: "Ищите убийц среди зиновьевцев". Добился своего: образовалось дело так называемого "Московского контрреволюционного центра". Сценарий набрасывал Агранов.

Все участники бывшей оппозиции были арестованы. 16 декабря 1935 года арестовали Зиновьева и Каменева. Провели обыски. Изъяли личные архивы. Агранов заставил своих сотрудников изучать каждый документ, каждую страницу из изъятого. Никакой зацепки, никаких признаков антигосударственной деятельности подследственных, хотя им было предъявлено обвинение в организации "московского центра", который поддерживал связь с "ленинградским центром", "осуществлявшим" убийство Кирова. Вариант, подобный дневнику Николаева, не проходил.

И тогда Агранов делает ставку на признательные показания арестованных. Никого не били, только убеждали. И вот заговорил помощник начальника цеха с завода "Красная заря" Башкиров: "Вся борьба зиновьевской контрреволюционной организации была, по существу, направлена к смене руководства партии. В этом основная политическая направленность всех ее действий. Установка была - сменить руководство Сталина Зиновьевым и Каменевым". Потом не выдержал, стал давать "показания" Бакаев.

А дальше заработал изобретенный Аграновым метод сталкивания, о котором он заявил на оперативном совещании в НКВД 3 февраля 1935 года: "Наша тактика сокрушения врага заключалась в том, чтобы столкнуть лбами всех этих негодяев и их перессорить. А задача была трудная. Перессорить их необходимо было потому, что все эти предатели были тесно спаяны между собой десятилетней борьбой с нашей партией... В ходе следствия нам удалось добиться того, что Зиновьев, Каменев, Евдокимов, Сафаров, Горшенин и другие действительно столкнулись лбами"2.

В январе 1935 года прошел закрытый процесс в Ленинграде, где главными действующими лицами были Зиновьев и Каменев. Они вместе с десятком сподвижников отвечали за то, что "создали" некий "центр", который идейно настраивал молодых ленинградских соратников на убийство Кирова. В приговоре военной коллегии Верховного суда это звучало так: "Судебное следствие не установило фактов, которые дали бы основание квалифицировать преступления членов "московского центра" в связи с убийством 1 декабря 1934 года тов. С. М. Кирова как подстрекательство к этому гнусному преступлению..." Но члены "московского центра" знали о "террористических настроениях ленинградской группы и сами разжигали эти настроения".

Хотя участники процесса получили от 5 до 10 лет лишения свободы, это было лишь началом расправы Сталина со своими политическими оппонентами. Через полтора года они снова окажутся на скамье подсудимых. И снова сценарий дела будет разрабатывать и "раскручивать" Агранов. В основе его будет уже троцкистско-зиновьевский центр со своими группами, целями, задачами, связями.

Откуда такой оперативный размах, изобретательность, масштабность? Откуда такая изощренная сыскная фантазия?

ПБО и "Промпартия" в чекистской судьбе

Первый опыт ему преподала самая настоящая подпольная законспирированная "Петроградская боевая организация". Она была раскрыта в 1921 году Петроградской ЧК. Возглавлял организацию комитет, в который входили профессор В. Таганцев, бывший артиллерийский полковник В. Шведов и бывший офицер Ю. Герман. Организация вдохновлялась кадетскими идеями правого толка. В нее входили профессорская и офицерская группы и так называемая объединенная организация кронштадтских моряков - из тех, что бежали в Финляндию после подавления Кронштадтского мятежа, а потом вернулись в Россию.

В профессорской группе состояли люди достойные и известные: князь Д. Шаховской, авторитетный финансист; профессор Н. Лазаревский, ректор Петроградского университета; профессор М. Тихвинский; С. Манухин, бывший царский министр юстиции. Они готовили проекты государственного и хозяйственного переустройства России, которые должны были вступить в силу после свержения советской власти. А это свержение обеспечивала офицерская группа во главе с подполковником П. Ивановым - ею был разработан план вооруженного восстания в Петрограде, к выполнению которого привлекались бывшие офицеры, теперь служившие в Красной Армии и на флоте. В свою очередь, В. Таганцев активно искал связи с социалистами и эсерами и вступил в соглашение с "социалистическим блоком" - своего рода координационным центром эсеров, меньшевиков и анархистов Петрограда.

Профессор Таганцев сначала на допросах молчал. Но Агранов убедил-таки его подписать с ним некое соглашение.

"Я, Таганцев, сознательно начинаю делать показания о нашей организации, не утаивая ничего... Не утаю ни одного лица, причастного к нашей группе. Все это я делаю для облегчения участи участников нашего процесса.

Я, уполномоченный ВЧК Яков Саулович Агранов, при помощи гражданина Таганцева обязуюсь быстро закончить следственное дело и после окончания передать в гласный суд... Обязуюсь, что ни к кому из обвиняемых не будет применима высшая мера наказания"3.

Что касается обещания Агранова о неприменимости высшей меры, то оно было заведомо невыполнимо в тех условиях, и это понимал, конечно, как он сам, так, скорее всего, и Таганцев. Тем более последний помнил, как действовала ЧК в прошедшие годы. Агранов заведомо лгал во имя достижения наиболее полных результатов следствия и считал это оперативной гибкостью.

По таганцевскому делу расстреляли 87 человек. Не сдержал слова Яков Саулович, хотя некоторым и пытался помочь. Инженеру Названову, например, который свел Таганцева с антисоветской группой, объединяющей представителей фабрик и заводов. За Названова, который был тогда консультантом Генплана, вступились Кржижановский и Красиков - видные большевики. И Ленин, ознакомившись с делом, пишет Молотову: "Со своей стороны предлагаю (в отношении Названова.- Э. М. ) отменить приговор Петрогубчека и применить приговор, предложенный Аграновым, т. е. 2 года с допущением условного освобождения"4.

Зато хоть как-то облегчить участь Таганцева, Тихвинского и других Агранов не стремился. Возглавляя следствие, он следовал принципу, им же и сформулированному: "В 1921 году 70 процентов петроградской интеллигенции были одной ногой в стане врага. Мы должны были эту ногу ожечь"5.

Поэта Николая Гумилева допрашивал следователь Якобсон, жестко исполнявший указания Агранова. Из материалов следствия, что сегодня в архиве, видно: Гумилев был тверд в своих показаниях. Он не отрицал, что хранил деньги организации для финансирования мятежа, что имел оружие, готовился к активной антисоветской пропагандистской кампании, что не был сторонником большевистской власти. После нескольких допросов в следственном деле появилась запись: "Гумилев Николай Степанович, 33 л., бывший дворянин, филолог, поэт, член коллегии "Изд-во "Всемирной литературы", беспартийный, бывший офицер. Участник Петроградской боевой организации, активно содействовал составлению прокламаций контрреволюционного содержания, обещал связать с организацией в момент восстания группу интеллигентов, которая активно примет участие в восстании, получая от организации деньги на технические надобности". Приговор суда - расстрелять.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   52

Похожие:

Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Как мы строили будущее России © Эдуард Лимонов оглавление

Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) у нас была Великая Эпоха ©...
Эта книга — мой вариант Великой Эпохи. Мой взгляд на нее. Я пробился к нему сквозь навязанные мне чужие. Я уверен в моем взгляде
Эдуард Макаревич iconОсобенности стиля и орфографии автора. Ответственность за аутентичность...
«Лимбус Пресс» на написание этой книги. Ни один рубль от контролируемых А. П. Быковым предприятий, банков, либо других структур,...
Эдуард Макаревич iconВида документа
Лев Михайлович Макаревич, доктор экономических наук, специалист по стратегическому планированию и бизнес-планированию
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Смерть современных героев © Эдуард Лимонов оглавление
Сан-Марко шел крупный тяжелый снег. Ни единой маски, ни единого маскарадного костюма в толпе. Сложив фантастические маски и костюмы...
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Другая Россия. Очертания будущего...
«Теперь они покрыты толстым слоем земли, и на них среди садов растут рощи самых высоких деревьев; внизу во влажных ложбинах плантации...
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Убийство часового дневник гражданина...
Ахромеева, специального военного советника президента ссср, бывшего командующего Генеральным штабом. Низкое предательство слизняка...
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дневник неудачника, или Секретная...
Великое и отважное племя неудачников разбросано по всему миру. В англоязычных странах их обычно называют «лузер» — то есть потерявший....
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Дисциплинарный санаторий © Эдуард Лимонов оглавление
Смиф, герой романа «1984», «верил, что он был рожден в 1944 или 1945 году», то есть мы с ним ровесники. Поскольку 1984 год давно...
Эдуард Макаревич iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Книга воды © Эдуард Лимонов оглавление Предисловие Моря
Военной полиции ныне покойной Республики Книнская Краина. Летом 1974-го я проехал сквозь Гагры, направляясь в сторону Гудаут, в спортивном...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница