Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001




Скачать 316.38 Kb.
НазваниеХристианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001
страница1/3
Дата публикации25.02.2013
Размер316.38 Kb.
ТипДокументы
skachate.ru > Биология > Документы
  1   2   3
http://www.synergia.itn.ru/kerigma/rek-lit/nauka/creat/stat/altern.htm

http://www.pravda.ru/video/politics/338.html

http://www.pravda.ru/video/culture/319.html
сайт Вести.Ru.

Христианство и наука.
М.: Отдел религиозного образования и катехизации МП. 2001.

Существует ли научная альтернатива дарвиновской концепции эволюции?


Московский А.В.



Речь идет здесь не о выступлении философии против науки, а наоборот, о стремлении отстоять научность там, где "научность" выступает лишь как официальная маска для выражения (чтобы не сказать протаскивания) необоснованных и не имеющих к науке отношения произвольных интеллектуально-эстетизированных мифологем, достаточно примитивных по существу, но доступных и соблазнительных... для широкой публики...

^ Махлин В. Л. [21]

Каковы движущие силы биологической эволюции?

Существуют два принципиально разных подхода к ответу на этот кардинальный вопрос.

В соответствии с первым, феномен изменения форм живого есть случайный процесс, определяемый двумя хотя и разными по сути, но при всем том - случайными факторами. Это хаотические мутации и естественный отбор. На подобных представлениях и основаны все версии дарвинизма, в том числе и самые современные. Жизнь есть лишь некий эфемерный (на фоне подавляющих космологических масштабов) феномен, а вместе с тем и разум как космический фактор есть также нечто случайное и преходящее.

Согласно второму подходу, процесс эволюции в своей основе закономерен, что проявляется даже на фоне множества случайных факторов. Эта концепция известна под названием номогенеза.

В современной науке дарвиновский подход доминирует, "молчаливое большинство" биологов уверено в том, что он есть единственно возможное объяснение феномена эволюции, что ему нет и не может быть разумной альтернативы. Так ли это на самом деле? Возможна ли научная альтернатива дарвинизму?

Поставленные здесь вопросы порождают целый каскад новых. И важнейший из них был задан очень давно – а является ли сам дарвинизм подлинно научной теорией? Также очень давно был дан и хорошо аргументирован отрицательный на него ответ [1-9]. И все же есть выход из тупика, и перспектива получить научное объяснение феномена эволюции связана с концепцией номогенеза. В ее формировании и развитии приняли участие великие отечественные биологи: Л. С. Берг, Н. И. Вавилов, А. А. Любищев, С. В. Мейен. Предлагаемая статья есть краткий очерк этой теории. Но вначале имеет смысл напомнить основные возражения, выдвигаемые против дарвиновского подхода к объяснению эволюции.

^ 1. Почему дарвиновскую концепцию нельзя считать научной?

Современное существование дарвиновского учения имеет характер какой-то странной двойственности, некоего парадокса. С одной стороны эта концепция признана официальной доктриной современной академической науки. Она лежит в основании того, что принято считать научной картиной мира. Это тема стандартных университетских курсов и билетов на школьных экзаменах. Всякий усомнившийся в ее достоверности рискует прослыть невеждой и обскурантом.

Но при всем том и всякий человек, критикующий дарвинизм, как бы ломится в открытую дверь - ведь чисто научная его несостоятельность доказана давно и на бесчисленных примерах. Вспомним афоризм Любищева: "Хотя в пользу теории эволюции собран Монблан фактов, против нее говорят Гималаи фактов" [10]. Вот лишь самый краткий перечень наиболее часто приводимых аргументов:

1. Критики говорят, что теория эволюции слишком туманно сформулирована, для того, чтобы быть строго подтвержденной или опровергнутой. "Дарвинизм всегда излагался логически неряшливо" [11]. Кроме того он не есть нечто однородное и представляет собой целый набор иногда сильно противоречащих друг другу интерпретаций (сколько дарвинистов, столько и дарвинизмов). Ситуация здесь живо напоминает многообразие теорий эфира накануне создания теории относительности.

2. Критики указывают также, что все предъявляемое в качестве демонстрационных примеров, якобы доказывающих дарвиновскую теорию, как то наличие у сходных организмов аналогичной генетической структуры, рудиментарные органы, данные селекционеров и т. д. , при более тщательном рассмотрении могут найти и иное вполне разумное объяснение. Не является исключением здесь и переходящий из одной научно-популярной книги в другую пример индустриального меланизма бабочек Biston Betularia.

3. В основе теории эволюции лежит представление о случайных, ненаправленных мутациях. При всем том даже приблизительные, качественные оценки вероятностей, связанных с такими процессами, сразу же дают катастрофический результат, изображаемый десятичными дробями с огромным числом нулей после запятой. Никакого объяснеия этому не дано. Обычные ссылки на длительность эволюционного процесса (миллиарды лет) и огромное число особей, участвующих в отборе, вполне декларативны и ничего не разъясняют.

4. Вопреки распространенному мнению, открытия современной биохимии, генетики не укрепляют, а ослабляют и без того эфемерные позиции дарвинизма. Становится все более ясным, какой сложный и тонко сбалансированный комплекс физико-химических процессов соответсвует живому. Поэтому все более эфемерной представляется и перспектива объяснения эволюции игрой случая. (Для того чтобы мутация была благоприятной необходима чудесное совпадение, синхронная мутация сразу целого набора генов, которые соответствуют различным точно сонастроенным в процессе жизнедеятельности органам, системам и функциям. )

5. В классической версии дарвинизма процесс эволюции рассматривается как непрерывный и постепенный. Сам Дарвин, как известно, серьезно верил например в то, что медведь в процессе непрерывных, "пластических" деформаций может со временем превратиться в кита. Эволюция – это своего рода ламинарный процесс, плавное перетекание одной формы в другую.

Есть серьезнейшие основания думать, что это не так. Прежде всего палеонтологический материал изобилует огромными пробелами, наводящими на мысль о том, что множество допустимых форм живого отнюдь не непрерывно, но образует многомерную матрицу состоящую из подмножеств со вполне очерченными границами. Тот же материал свидетельствует о неоднократно происходивших в истории живого резких и захватывавших сразу огромные регионы мутациях.

О том же говорит и опыт селекционеров: изменения, которые могут быть достигнуты селекцией имеют четкие, поставленные "самой природой" пределы. Поэтому хотя она может приводить к внешне очень значительным изменениям, возможности ее ограничены. Здесь может быть уместно сравнение с деформацией упругого тела, которое возможно лишь до определенных границ, а затем или приводит к разрушениям или к возврату в исходное состояние. Это значит что, хотя внешние изменения могут представляться очень большими, фундаментальные структуры и функции остаются неизменными.

Итак, биологический вид представляет собой размытый кластер множества допустимых состояний. Переход из одного в другой невозможен последовательностью непрерывных изменений. Все это очень похоже на некоторые физические, и, в частности квантовые системы, имеющие дискретный набор разрешенных состояний, переход между которыми может быть только скачком.

Таким образом эволюционная теория оказалась между Сциллой и Харибдой. Концепция постепенных изменений противоречит известным биологическим фактам. Но и представление о быстрых изменениях сталкивается с неразрешимой проблемой ничтожной вероятности случайного совпадения одновременных благоприятных мутаций.

6. Но даже если закрыть глаза на все эти неразрешимые противоречия, и поверить на слово дарвинистам, что они все-таки дают правильное, хотя бы качественное, объяснение микроэволюции, то есть эволюции на низших таксономических этажах, с неизбежностью встает не менее серьезная проблема макроэволюции, то есть эволюции таксонов более высоких уровней. Необходимо объяснить, почему, например, из первобытных бактерий и водорослей образовались в последующем насекомые и моллюски, а не только более совершенные бактерии и водоросли. Ответа нет.

7. Как известно, современная, "синтетическая" версия дарвинизма есть интерпретация дарвиновской концепции на языке генетической теории. И хотя корреляция между генетическим кодом и формой организма не вызывает сомнения, существующая теория неспособна объяснить, каким же образом генетичесий код определяет форму организма в процессе онтогенеза. И здесь еще одна причина того, что эволюционная теория не дает объяснения процесса эволюции: в логической схеме отсутствует ключевое звено.

Мы перечислили наиболее очевидные, и часто звучащие критические аргументы. Они давно и хорошо известны и были многократно повторены самыми авторитетными биологами. Но, как мы видим, действенность такой критики оказалась близкой к нулю: дарвинизм и поныне продолжает оставаться официальной доктриной академической науки.

Неизбежно возникает вопрос: следует ли тогда считать концепцию естественного отбора подлинно научной? Речь, подчеркнем, идет не о верности или ошибочности дарвинизма, а о том, является ли он "обычной" научной теорией. Может быть все-таки это феномен совершенно иной природы, лишь имитирующий внешние признаки науки? Многие считают, что в общепринятом смысле эволюционной теории никогда не существовало. То, что называлось теорией, было лишь рядом интерпретаций. Нет необходимости напоминать, что полноценная научная концепция способна не только непротиворечиво и единообразно объяснить весь экспериментальный материал, но и предсказывать новые, неизвестные ранее явления.

Предсказала ли эта концепция существование таких феноменов, которые принципиально необъяснимы в рамках конкурирующих теорий? Смогла ли она предложить хотя бы один experimentum crucis? За полтораста лет своего существования не только не смогла, но и выработала среди своих приверженцев такое стойкое равнодушие к проблеме собственной обоснованности, что сейчас трудно и сказать, существует ли в природе что-то, способное омрачить олимпийскую безмятежность ее адептов.

Так может быть правы те критики теории эволюции, которые считают, что дарвинизм есть лишь идеологема, принявшая обличие научной теории? Ведь еще сто лет назад наш знаменитый соотечественник Н. Я. Данилевский писал, что теория эволюции не столько биологическое, сколько философское учение, купол на здании механического материализма, чем только и можно объяснить ее фантастический успех, научными достоинствами никак не объяснимый [I]. Неустранимый разрыв между автономно развивающейся эмпирией и живущей по своим собственным внутренним законам дарвиновской натурфилософией не только не уменьшается но постоянно растет.

Тогда становятся понятны главные причины того, что, несмотря на явную бесплодность, тупиковость, дарвиновская теория эволюции остается почти безраздельно господствующей. Об одной из них уже мы сказали: дарвинизм есть наиболее последовательное воплощение "линии Демокрита". Идеологические достоинства здесь выше всяких похвал, что же касается фактов, то с ними как-нибудь, да утрясется.

Другая причина также на поверхности. Как это часто бывает, даже многократно провалившаяся концепция может очень долго существовать как бы по инерции, если у нее нет достаточно разработанной альтернативы. И здесь объективности ради следует сказать что, до последнего времени таковой у дарвинизма, действительно, не было.

Ситуация значительно изменилась после того, как в работах отечественного биолога Сергея Викторовича Мейена были сформулированы основные положения номотетической теории эволюции [9, II]. Следует, конечно, иметь ввиду, что у Мейна были великие предшественники.

2. Номогенез.

Само понятие – номогенез, и аргументы в пользу того, что, вопреки Дарвину, эволюция – отнюдь не случайный, но закономерный процесс, подробно и убедительно обосновал Лев Семенович Берг в своих классических работах 20-х годов [3-6], из которых главная и наиболее известная – "Номогенез, или эволюция на основе закономерностей" [3-6].

Берг формулирует проблему так: есть ли эволюция случайный процесс, который обусловлен лишь двумя факторами: хаотическими мутациями и естественным отбором, или же напротив это процесс в своей основе закономерный, выявление некоторой тенденции, имманентного закона, который и направляет ее ход?

В такой постановке вопрос может показаться не вполне корректным, и даже беспредметным, ведь и случайные в своей основе процессы могут подчиняться весьма строгим статистическим законам. Более точно его суть можно уяснить из простой аналогии: хотя на развитие отдельного организма влияет множество случайных факторов, но нет сомнения и в том, что здесь главный, определяющий – внутренний фактор – информация, заложенная в генах. Вся его история, curriculum vitae, есть разворачивание, реализация программы, от которой только и зависит, что же вырастет, например, из данного семени – береза или сосна.

Вся эволюция биосферы есть, согласно Бергу, разворачивание какого-то Закона, или, может быть, правильнее сказать, многовариантной программы, в которой содержатся и многочисленные способы ее реализации.

Поэтому Берг и назвал свою концепцию номогенезом, противопоставив ее дарвиновской концепции тихогенеза, т. е. развитию, основанному на случайности.

Можем ли мы сегодня, хотя бы в самых общих контурах представить себе, как же выглядит этот закон? Ответ отрицательный, но наше незнание вовсе не означает, что такого закона нет: "незнание закона не освобождает нас от ответственности" понимать, что таковой существует.

Представим себе, что некий математик, исследующий таблицы случайных чисел, с удивлением обнаруживает в них устойчивые повторения, "мотивы", "ритмы и рифмы", "гомологии", присутствие которых никак нельзя объяснить игрой случая. Пусть далее нечто подобное он сможет найти и в других последовательностях, полученных с помощью независимых и различных по устройству генераторов.

Какую гипотезу вправе выдвинуть такой математик? Он может прежде всего предположить, что исследуемые им ряды вовсе не случайны, но есть достаточно замысловатое проявление неизвестной ранее природной закономерности.

В своих работах Берг суммирует огромный фактический материал, накопленный уже к началу 20 века, который и свидетельствует в пользу номогенетической природы эволюции. Этот материал говорит о присутствующих в системе форм живого многочисленных "ритмах и рифмах", которые невозможно объяснить исходя из случайности. В качестве иллюстрации мы кратко напомним лишь некоторые из них (1).

а) Предварение признаков (филогенетическое ускорение). Известно, что в эмбриональной фазе наблюдаются признаки тех стадий, через которые предположительно прошла эволюция данной группы. В свое время Э. Геккель, горячий сторонник и пропагандист дарвинизма, сформулировал правило, получившее название "биогенетического закона": онтогения повторяет филогению. Картинки, иллюстрирующие это правило на протяжении многих десятков лет воспроизводились в учебниках биологии.

Почему-то считается, что он служит прямым аргументом в пользу дарвиновской концепции, хотя его можно понимать лишь как свидетельство того, что эволюция вообще имеет место, в чем, конечно же, мало кто сомневается. Гораздо реже обсуждается факт, что имеет место и обратное, симметричное по времени явление: "индивидуальное развитие может не только повторять филогению, но и предварять ее" [6, с. 88]. Это правило применимо не только к отдельным организмам, но и к целым их группам: филогения какой-либо группы может опережать свой век, осуществляя формы, которые в норме свойственны более высоко стоящим в системе организмам.

Это в частности значит, что признаки, которые появляются в результате предварения, не могли получиться как результат действия дарвиновского механизма. Как и индивидуальное развитие, эволюция есть процесс разворачивания, реализации уже существующей программы.

б) Конвергенция. О том же убедительно свидетельствует и явление конвергенции: в таксономических группах, зачастую очень далеко отстоящих одна от другой, появляются удивительно сходные признаки. Хрестоматийный пример - сходство в строении глаз человека и осьминога.

Других примеров несть числа и Берг упоминает о том, что "двоякодышащие и амфибии показывают в своей организации ряд удивительных сходств, настолько бросающихся в глаза, что ранее были склонны производить амфибий от двоякодышащих. "[6, с. 90] Теперь твердо установлено, что это не так, между тем в двух независимых эволюционных ветвях появляется множество соответствий. Конвергенция затрагивает все жизненно важные, основные системы организма: скелетную, кровеносную, нервную и т. д.

Возникает впечатление, что эволюцию замышлял один конструктор, применявший сходные решения для принципиально важных проблем.

в) Монофилетизм или полифилетизм? Согласно Дарвину, все множество форм живого возникло из одной или очень немногих первичных форм (монофилетизм), и все дальнейшее развитие шло только дивергентно. Автор "Происхождения видов" вынужден настаивать на дивергентности, чтобы хотя бы на словах объяснить, как же смогло возникнуть такое фантастическое разнообразие форм живого. Монофилетизм и дивергенция – это принципиально важные допущения в логической схеме теории эволюции, фактически играющие роль ее дополнительных постулатов.

Между тем палеоонтологический материал свидетельствует, что наряду с явлением конвергенции имеет место не менее удивительное явление полифилетизма, когда сходные порой малоразличимые формы возникают от совершенно разных корней. Но отсюда следует очень важный вывод, что многообразие форм живого следует изображать не непрерывно ветвящимся генеалогическим деревом, но многомерной матрицей, устроенной так, что различные ее клетки могут быть достигнуты различными путями.

г) Гомологические ряды. Явление гомологических рядов было известно давно, но именно благодаря классическим работам Н. И. Вавилова стал ясен его фундаментальный смысл. Оно заключается в том, что у растений родственных видов наблюдается устойчивое повторение одних и тех же признаков. Вавилов продемонстрировал это на примере многообразия видов пшеницы. (У мягкой пшеницы наблюдаются вариации с остистыми, безостыми, полуостистыми колосьями. Присутствуют и вариации цвета: белоколосые, красноколосые и т. д. Родственные мягкой пшенице виды имеют те же вариации. )

Берг хорошо знал о результатах работ Вавилова и в своей книге ясно указал на его номогенетический смысл. Подведем некоторые итоги. Целый ряд общебиологических феноменов свидетельствует, что процесс эволюции не может быть описан в рамках дарвиновской схемы даже качественно. Напротив, его следует рассматривать как разворачивание, реализацию какой-то многовариантной суперпрограммы, то есть как процесс, имеющий в своей основе некий закон, "номос". Вопрос о том, что же служит источником этих "номос", этих законов, Берг не обсуждает.

Какова же судьба концепции Берга? Какой прием она встретила у современников? Не приходится удивляться, что весьма прохладный, если не сказать отрицательный.

А что за рубежом? Картина та же. Значит ли это, что факты, приведенные Бергом, нашли разумное объяснение в модернизированной, "синтетической" версии дарвинизма или кем-то опровергнуты? Ни то, ни другое. Фактические основания концепции номогенеза не только не уменьшились, но существенно окрепли.
  1   2   3

Похожие:

Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconУчебники «Закон Божий» для школ имеются. Все они одобрены Отделом...
Председателю Синодального Отдела религиозного образования и катехизации Епископу Зарайскому Меркурию
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconСвятейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла
Министерства образования и науки рф, Российского Союза ректоров, Российского совета олимпиад школьников, Отдела религиозного образования...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconСвятейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла
Министерства образования и науки рф, Российского Союза ректоров, Российского совета олимпиад школьников, Отдела религиозного образования...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconО проведении VI сретенских образовательных чтений
Протоиерей Леонид Антипов, ректор Оренбургской духовной семинарии, председатель Отдела религиозного образования и катехизации Оренбургской...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconПрограмма работы чтений
Председатель: архимандрит Иоанн (Экономцев) председатель Синодального отдела религиозного образования и катехизации. Ректор Российского...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconСекция «Современная воскресная школа»
Иерей Сергий Силичев, руководитель отдела религиозного образования и катехизации Калачевской епархии «Синтез традиционных и современных...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconПрограмма Чтений: Регистрация участников Чтений 12. 20-13. 00 Пленарное...
Оренбургской духовной семинарии, председатель Отдела религиозного образования и катехизации Оренбургской епархии
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconУчебники «Закон Божий» для школ имеются. Все они одобрены Отделом...

Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconФлоря Б. Н. У истоков религиозного раскола славянского мира (XIII в.)
Приводится по изданию: Б. Н. Флоря. У истоков религиозного раскола славянского мира (XIII в.). «Исторический вестник», 1999, №2 (Введ,...
Христианство и наука. М.: Отдел религиозного образования и катехизации мп. 2001 iconП/п Наименование мероприятия
Внешняя проверка годовой бюджетной отчетности за 2013 год главных администраторов бюджетных средств местного бюджета в соответствии...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
skachate.ru
Главная страница